Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все книги/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Договоры с участием потребителя в международном частном праве :

АР
Р344 Резник, Р. С. (Роман Сергеевич).
Договоры с участием потребителя в международном частном
праве : автореферат диссертации на соискание ученой степени
кандидата юридических наук. Специальность 12.00.03 -
гражданское право ; предпринимательское право ; семейное
право ; международное частное право / Р. С. Резник ;
науч. рук. И. В. Гетьман-Павлова. -М., 2017. -27 с.-
Библиогр. : с. 26 - 27.10 ссылок
Материал(ы):
  • Договоры с участием потребителя в международном частном праве.
    Резник, Р. С.

    Резник, Р. С.
    Договоры с участием потребителя в международном частном праве : автореферат диссертации на соискание ученой степени
    кандидата юридических наук.

    ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

    Актуальность темы исследования. Договор с участием потребителя - это одна из наиболее часто применяемых конструкций гражданского права. Такие договоры заключаются каждый день, а их количество не поддается исчислению.

    Наиболее доступными являются данные о сделках, заключаемых потребителями в рамках электронной коммерции. Отличительным свойством Интернет-торговли является свободный доступ к иностранным рынкам. В 2016 году 44 % российских потребителей совершили покупки в зарубежных онлайн-магазинах (Ежегодное общероссийское исследование отечественного рынка высоких технологий «Экономика Рунета 2015 - 2016». С. 32 // Российская ассоциация электронных коммуникаций. URL: http://raec.ru/upload/files/broshura2016.pdf (дата обращения: 21.02.2017)). Более того, объем трансграничной торговли достиг почти 30 % от объема всего рынка электронной коммерции в России, и каждый год темпы роста ее трансграничного сегмента опережают темпы роста локальной торговли в два или три раза (Электронная торговля в России: расцвет во время кризиса // Информационное агентство Regnum. URL: https://regnum.ru/news/economy/2143287.html (дата обращения: 21.02.2017)). По результатам первого полугодия 2016 года объем трансграничной торговли в денежном выражении составил 143,1 млрд. рублей и продемонстрировал рост на 37 % по сравнению с аналогичным периодом 2015 года (Интернет-торговля. Итоги 1 полугодия 2016 года // Ассоциация компаний Интернет-торговли. URL: http://www.akit.ru/analitika_lp2016/ (дата обращения: 21.02.2017)).

    Столь впечатляющие показатели рынка трансграничной розничной торговли порождают рост научного интереса к правовым проблемам данной отрасли. Вместе с тем, в отечественной научной литературе исследования правового режима осложненных иностранным элементом договоров с участием потребителя занимают незаслуженно скромное место. Современные правоведы,

    как правило, обходят стороной тот важный факт, что потребитель - это лицо, наделяемое особым статусом, предоставляющим ряд привилегий, неизвестных участникам гражданского оборота, действующим на профессиональной основе.

    3

    Особенно рельефно специфика правового статуса потребителя проявляется в сфере международного частного права (далее - МЧП), в частности, в двух его крупнейших разделах: коллизионном праве и международном гражданском процессе (далее - МГП). В обеих этих отраслях сегодня все более весомые позиции занимает принцип автономии воли сторон, который допускает в договорных отношениях свободный выбор, как компетентного суда, так и применимого права.

    Вместе с тем, очевидно, что подобная ситуация неприемлема для договоров с участием потребителя, которые в подавляющем большинстве случаев являются договорами присоединения. Последнее означает, что фактически свобода выбора юрисдикции и применимого права принадлежит только одной стороне договора -профессиональному контрагенту потребителя (далее - профессиональная сторона). При этом есть основания сомневаться, что свобода договора хотя бы иногда работает в пользу потребителя. Вышеизложенное свидетельствует о необходимости разработки и совершенствования в МЧП специальных механизмов, гарантирующих соблюдение и защиту прав потребителя как слабой стороны договорного правоотношения. Такие механизмы сегодня закреплены, например, в актах Европейского Союза (далее - ЕС), из которых они рецепируются в законодательства разных стран.

    В области коллизионного права Россия в целом восприняла европейскую модель регулирования договоров с участием потребителя, унаследовав как преимущества, так и проблемные аспекты данной модели. С учетом того, что европейское регулирование складывалось на протяжении многих лет и корректировалось правоприменительной практикой, вполне допустимо и даже необходимо исследовать опыт ЕС для правильной реализации воспринятых механизмов в российском праве. В то же время в сфере МГП российское законодательство демонстрирует неоправданное отставание. Тогда как в ЕС и странах, перенявших его нормотворческий опыт, установилась специальная система определения международной подсудности споров из договоров с участием потребителя, в России аналогичная конструкция отсутствует. Таким

    4

    образом, механизм регулирования договоров с участием потребителя в российском МЧП является незавершенным, в связи с чем еще большую важность приобретает исследование зарубежного опыта.

    Одновременно необходимо признать, что защита потребителями своих прав в судебном порядке значительно затрудняется, если правоотношение осложнено иностранным элементом: издержки в большинстве случаев многократно превышают цену иска. В связи с этим на международном уровне наблюдается интересная тенденция в вопросе повышения доступа потребителей к правосудию: разрабатываются как общеобязательные, так и рекомендательные акты, регламентирующие альтернативные способы разрешения споров с участием потребителей, в том числе посредством онлайн-арбитража. Изучение теоретической и нормативной основы внесудебных способов разрешения потребительских споров важно для целей формирования собственного национального законодательства в этой сфере. Указанные обстоятельства свидетельствуют о несомненной актуальности исследования договоров с участием потребителя в МЧП.

    Степень разработанности темы. Отдельные вопросы правового регулирования договоров с участием потребителя в МЧП рассматривались в учебных пособиях, в научных статьях, однако отсутствие в российской юридической литературе специальной монографии по исследуемой теме подтверждает недостаточную степень ее разработанности. Общие вопросы статуса потребителя как участника гражданского оборота и правовые инструменты защиты его прав достаточно подробно исследованы в работах A.M. Аврах, С.Ю. Баранова, Г.Р. Гафаровой, Т.Л. Левшиной, A.M. Ширвиндта и др. Реже встречаются работы, посвященные правовому регулированию отношений с участием потребителя в отдельных сферах: например, Ю.Б. Фогельсон детально исследовал вопросы защиты прав потребителей финансовых услуг.

    Современная учебная литература по гражданскому праву и МЧП довольно редко содержит самостоятельные разделы, посвященные договорам с участием потребителя. Так, среди множества пособий по гражданскому праву отдельный

    5

    параграф о понятии потребителя встречается только в учебнике под редакцией Е.А. Суханова. Среди учебной литературы по МЧП соответствующий параграф присутствует, например, в учебнике В.А. Канашевского. Кратко, в рамках более общих тем, излагаются особенности коллизионного регулирования рассматриваемых договоров в учебнике И.В. Гетьман-Павловой, учебниках под редакцией Г.К. Дмитриевой и Н.И. Марышевой. Учебник М.М. Богуславского содержит параграф «Коллизионные вопросы защиты прав потребителя», однако последний включен в главу о деликтах, и его содержание не затрагивает коллизионных проблем договорного права. Следует отметить, что защита прав потребителей в трансграничных деликтных отношениях - это самостоятельная тема, требующая отдельного глубокого изучения, поэтому в данном диссертационном исследовании она намеренно не рассматривается.

    В монографической литературе некоторые теоретические проблемы международной подсудности споров, вытекающих из договоров с участием потребителя, рассматриваются в работе А.И. Савельева «Электронная коммерция в России и за рубежом: правовое регулирование». Вместе с тем, фокус данного исследования направлен в большей степени на проблемы договоров, заключаемых дистанционным способом, а вопросы МЧП и специфика потребительских договоров освещаются в нем лишь опосредованно, в рамках комплексного исследования.

    Пожалуй, единственным автором, который глубоко и подробно исследовал непосредственно проблематику договоров с участием потребителя в МЧП, является один из разработчиков шестого раздела Гражданского кодекса РФ - доктор юридических наук, профессор А.В. Асосков. Теоретические и практические проблемы коллизионного регулирования весьма обстоятельно рассмотрены в монографиях «Основы коллизионного права» и «Коллизионное регулирование договорных обязательств». Однако в связи с тем, что российское законодательство содержит специальные коллизионные нормы для договоров с участием потребителя, но не содержит специальных норм о международной подсудности споров из таких договоров, и работа по подготовке таких норм,

    6

    насколько известно, не велась, вопросы МГП занимают более скромное место в фундаментальных трудах А.В. Асоскова по коллизионному праву.

    Отдельно необходимо отметить работы зарубежных ученых: британских исследователей Дж. Хилла (автора монографии «Трансграничные договоры с участием потребителя») и Л. Джилис, немецкой ученой Г. Рюль, внесших значительный вклад в доктрину МЧП при изучении проблем договоров с участием потребителя.

    Среди российских диссертационных исследований последних лет обращает на себя внимание работа Е.А. Арабей «Правовые аспекты деятельности Европейского союза в области защиты прав потребителей», которая, однако, выполнена в рамках другой специальности (12.00.10 - Международное право; Европейское право) и исследует, прежде всего, публично-правовые аспекты защиты прав потребителей на региональном уровне, не затрагивая существенно вопросы МЧП. Вместе с тем до настоящего времени не осуществлялось изучение проблем договоров с участием потребителя одновременно по двум важнейшим и неразрывно связанным направлениям МЧП: в МГП (включая международный коммерческий арбитраж) и в коллизионном праве.

    Целью диссертационного исследования является построение модели системного механизма регулирования договоров с участием потребителя в российском международном частном праве с учетом межотраслевого характера кодификации данной отрасли.

    Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

    - определить понятие трансграничного договора с участием потребителя посредством анализа доктрины, законодательства и правоприменительной практики России и иностранных государств;

    - предложить способы решения проблем международной подсудности споров из договоров с участием потребителя посредством внесения изменений в гражданское процессуальное законодательство России;

    7

    - проанализировать основные теоретические и практические проблемы применения теории направленной деятельности и предложить способы их решения;

    - проанализировать правовые источники регулирования альтернативных (внесудебных) способов разрешения споров из договоров с участием потребителя на предмет их эффективности с точки зрения защиты прав и законных интересов потребителя;

    - классифицировать и проанализировать основные модели коллизионного регулирования договоров с участием потребителя по степени ограничения автономии воли сторон, выявить наиболее оптимальную для российской правовой системы модель;

    - предложить решения проблем, возникающих при применении императивных норм страны места жительства потребителя к трансграничным договорным отношениям.

    Объектом исследования является комплекс коллизионных и процессуальных правоотношений, складывающихся в связи с участием потребителя в договорах трансграничного характера.

    Предметом исследования являются содержащиеся в национальном законодательстве России и зарубежных стран и в международно-правовых актах нормы МЧП, регулирующие договоры с участием потребителя, а также материалы правоприменительной практики и доктрина МЧП.

    Методологическую основу исследования составляет совокупность общих и специальных методов научного познания, включая анализ и синтез, индукцию и дедукцию, систематизацию и классификацию, формально-юридический метод, исторический анализ. В качестве основного метода в работе используется метод сравнительного анализа, который позволяет выявить общие и особенные черты, во-первых, в сфере действия специальных норм, регулирующих отношения с участием потребителя в целом, во-вторых, в подходах к коллизионному и процессуальному регулированию таких отношений. При помощи системно-структурного метода анализ проблем правового регулирования рассматриваемых

    8

    отношений разделен на два крупных самостоятельных блока в пределах предмета МЧП: анализ проблем коллизионного регулирования и анализ проблем процессуального регулирования. При этом применение структурно-функционального метода требует рассмотрения проблем международной подсудности в приоритетном порядке, поскольку определение подсудности осуществляется до момента определения применимого права и может значительно повлиять на выбор коллизионных норм.

    Теоретическую основу исследования составляют труды российских специалистов в области цивилистики, МЧП и смежных отраслей, в частности, работы A.M. Аврах, Л.П. Ануфриевой, Е.А. Арабей, А.В. Асоскова, М.А. Астаховой, С.Ю. Баранова, М.М. Богуславского, М.И. Бруна, М.А. Бычко, Н.А. Внукова, Г.Р. Гафаровой, И.В. Гетьман-Павловой, А.В. Дашко, А.Н. Жильцова, Г.К. Дмитриевой, Н.Ю. Ерпылевой, В.А. Канашевского, А.Г. Карапетова, А.Е. Кирпичева, С.Б. Крылова, Т.Л. Левшиной, Н.И. Марышевой, И.С. Перетерского, А.И. Савельева, Л.Б. Ситдиковой, Е.А. Суханова, Ю.Б. Фогельсона и др.

    Большое значение для проведения настоящего исследования имеют труды зарубежных исследователей в области цивилистики и МЧП, в частности, работы Л.А. Байгрэйва (L.A. Bygrave), Ю. Базедова (J. Basedow), К. Були-Вулки (К. Boele-Woelki), И. Бенёра (I. Benöhr), X. Берлина (Ch. Berlin), Т. Бургуани (Т. Bourgoignie), С. Ван Дер Хофа (S. Van Der Hof), П. Винклер фон Моренфельса (Р. Winkler von Mohrenfels), Ф. Вишера (F. Vischer), Ф. Дебюссера (F. Debussere), Л. Джиллис (L. Gillies), П. Кайе (Р. Кауе), X. Коха (Н. Koch), H. Кройцфельдт-Банды (N. Creutzfeldt-Banda), О. Ландо (О. Lando), У. Магнуса (U. Magnus), П. Манковски (P. Mankowski), Х.В. Миклитца (Н. W. Micklitz), Й. Ниситани (Y. Nishitani), Дж.С.Т. Орена (J.S.T. 0ren), Г. Рюль (G. Riihl), Д. Свантессона (D. Svantesson), С. Симеонидеса (S. Symeonides), П. Стоуна (P. Stone), Ж.С. Танг (Z.S. Tang), М. Фосса (М. Foss), Т. Хартли (Т. Hartley), Дж. Хилла (J. Hill), Ч. Ходжеса (Ch. Hodges), Дж. Читти (J. Chitty), X. Штолля (Н. Stoll), М. Эберса (М. Ebers), С. Эгелера (S. Egeler) и др.

    9

    Нормативную и эмпирическую базу исследования составляют российское и иностранное законодательство, содержащее положения по МЧП и МГП, многочисленные регламенты и директивы ЕС (прежде всего, Регламент ЕС № 1215/2012 от 12 декабря 2012 года о подсудности и признании и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам (Брюссель I), а также Регламент ЕС № 593/2008 от 17 июня 2008 года о праве, подлежащем применению к договорным обязательствам (Рим I)), проекты документов ЮНСИТРАЛ. Важную часть эмпирической базы составляют акты национальных и международных судов, в наибольшей степени - Суда ЕС.

    Научная новизна исследования. В диссертационном исследовании впервые в отечественной научной литературе комплексно анализируется правовой режим договоров с участием потребителя, осложненных иностранным элементом, в коллизионном и процессуальном аспектах. При этом вопросы коллизионного права и МГП рассматриваются как неразрывно связанные. Работа охватывает только проблемы договорного права, а вопросы защиты прав потребителей при причинении вреда оставлены за пределами рассмотрения как требующие самостоятельного детального исследования. Поскольку центральное место в диссертации занимают проблемы подсудности и применимого права, общие для всех видов договоров с участием потребителя (купли-продажи товаров - обычным или дистанционным способом; оказания услуг - финансовых, туристических и др.; выполнения работ; проката и т.д.), то особенности материально-правового регулирования отдельных видов потребительских договоров не включены в предмет настоящего исследования.

    В результате проведенного исследования сформулированы следующие положения, выносимые на защиту:

    1) На основе анализа отечественной и иностранной доктрины, российского и зарубежного законодательства, правоприменительной практики, выведено следующее определение трансграничного договора с участием потребителя: это имеющий связь с несколькими правопорядками договор между гражданином, признаваемым потребителем в соответствии с законодательством о

    10

    защите прав потребителей, и профессиональной стороной, то есть физическим или юридическим лицом, действующим в целях, связанных с его предпринимательской или профессиональной деятельностью. Исходя из данного определения, договор с участием потребителя является родовым понятием для неограниченного числа договорных конструкций.

    2) По результатам проведенного исследования установлено, что в европейском международном частном праве применительно к вопросам международной подсудности споров из договоров с участием потребителя сложилась модель, которая заключается в том, что потребитель может подать иск против другой стороны либо в суд того государства, в котором имеет место нахождения профессиональная сторона, либо в суд государства, в котором он сам имеет место жительства. При этом профессиональная сторона может подать иск в суд только того государства, в котором имеет место жительства потребитель. Автор предлагает называть такую модель асимметричной альтернативной подсудностью. Поскольку зарубежный опыт подобного регулирования международной подсудности споров из договоров с участием потребителя оправдал себя, автор рекомендует воспринять данную концепцию в российском законодательстве. Отсутствие соответствующей нормы о подсудности препятствует эффективному применению коллизионных и материально-правовых норм, защищающих потребителя.

    3) В диссертации сделан вывод о существовании нескольких доктринальных подходов к определению мер профессиональной стороны, которые влияют на признание ее деятельности направленной на то или иное государство. Первый подход (позитивный) заключается в том, что профессиональная сторона должна предпринимать меры по включению конкретных юрисдикции в сферу своей деятельности; второй подход (негативный) предполагает, что профессиональная сторона должна принимать меры по исключению отдельных юрисдикции из сферы своей деятельности. Автор приходит к заключению, что позитивный и негативный подходы к установлению юрисдикции - это две стороны одной медали, поэтому

    11

    справедливым видится такое решение: в любом споре, возникающем как прямой результат предпринимательской деятельности в сети Интернет, потребитель вправе предъявить иск в суд государства, где он имеет обычное место жительства, если только профессиональная сторона не предприняла подходящих мер для избежания контактов с данной конкретной юрисдикцией. Если такие меры предприняты, то должны применяться общие правила о подсудности трансграничных споров.

    4) На основе проведенного анализа российского законодательства выявлено отсутствие препятствий для установления профессиональной стороной в договоре с потребителем арбитражной оговорки, направленной, в том числе, на обход норм о международной подсудности соответствующих споров, результатом чего является ограничение доступа потребителя к правосудию и возрастающая вероятность нарушения его прав в ходе рассмотрения дела третейским судом, поскольку арбитраж может быть расположен по месту нахождения профессиональной стороны или в любом другом месте, неудобном для потребителя. С целью защиты интересов слабой стороны автором предлагается установить в законодательстве о защите прав потребителей норму, допускающую обращение профессиональной стороны в арбитраж лишь тогда, когда это не будет нарушать права потребителя на доступ к правосудию и ограничивать его возможности по защите своих интересов (например, в случае, если арбитраж расположен по месту жительства потребителя либо осуществляется онлайн).

    5) В работе сделан вывод, что, поскольку защита прав потребителей равно относится как к сфере частных интересов, так и к сфере публичных интересов, то применение императивных норм права страны места жительства потребителя может осуществляться как по инициативе потребителя, так и по инициативе суда. При этом в любом случае для соблюдения принципа защиты слабой стороны суды должны при необходимости ex officio предпринимать все необходимые меры для установления содержания императивных норм права страны места жительства потребителя, не перекладывая данное бремя на слабую сторону.

    12

    6) Под императивными нормами права страны места жительства потребителя представляется необходимым понимать императивные нормы законодательства о защите прав потребителей. При отсутствии такого специального законодательства в том или ином государстве, право которого должен применить российский суд, допустимо применять общие императивные нормы, если они имеют непосредственное отношение к договору с участием потребителя. Подобный вывод объясняется наличием существенных затруднений при установлении содержания иностранного права, в связи с чем рекомендуется избегать необоснованного расширения перечня норм иностранного права, подлежащих применению при рассмотрении трансграничных споров с участием потребителей.

    7) Исследование российских коллизионных норм позволило установить, что кумуляция императивных норм избранного сторонами права и права страны места жительства потребителя законодательно не запрещена, однако явным образом нарушает баланс интересов сторон, дополнительно обременяя профессиональную сторону и предоставляя потребителю уровень защиты, на который он не мог бы рассчитывать ни в одном из отдельно взятых государств. В связи с этим автор приходит к заключению, что подобной кумуляции следует избегать.

    Теоретическая и практическая значимость исследования. Результаты проведенного исследования могут служить основой для дальнейшего изучения правового регулирования отдельных видов договоров с участием потребителя, осложненных иностранным элементом, а также использоваться в учебно-педагогической деятельности при преподавании МЧП в высших учебных заведениях. Практическая значимость настоящего исследования состоит в том, что его выводы могут быть использованы в нормотворческой деятельности при подготовке изменений и дополнений в законодательство Российской Федерации о МЧП в части регулирования договоров с участием потребителя, а также при разработке инструментов правового регулирования альтернативных способов разрешения споров с участием потребителя.

    13

    Степень достоверности и апробация результатов исследования.

    Диссертационное исследование подготовлено и прошло обсуждение на кафедре международного публичного и частного права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Результаты выполненной научной работы использовались при проведении семинаров по МЧП. Основные положения и выводы диссертационного исследования отражены в статьях, опубликованных, в том числе, в рецензируемых научных изданиях.

    Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования и включает введение, основную часть, состоящую из трех глав, заключение и библиографию.

    14

    ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

    Во введении обоснована актуальность темы исследования, указана степень ее разработанности, определены цели, задачи, предмет, объект, методология исследования и его теоретическая основа, раскрыта научная новизна исследования и сформулированы положения, выносимые на защиту, показаны теоретическая и практическая значимость результатов исследования, приводятся сведения об апробации результатов и структуре исследования.

    Первая глава «Понятие договора с участием потребителя в международном частном праве» посвящена определению основных содержательных характеристик понятия трансграничного договора с участием потребителя посредством анализа субъектного состава рассматриваемого правоотношения, а также синтеза основных доктринальных и судебных подходов по проблемным аспектам данного понятия.

    В первом параграфе «Понятия «потребитель» и «профессиональная сторона» в национальном законодательстве и праве ЕС» на основе анализа российского и зарубежного законодательства, судебной практики и доктрины рассматриваются центральное для исследуемой темы понятие «потребитель» и не менее важное с теоретической и практической точек зрения понятие «профессиональной стороны».

    Установлено, что понятие потребителя состоит из двух системных элементов. Первый элемент указывает на вид субъекта, который может являться потребителем: физическое и/или юридическое лицо. Российский законодатель, как и законодатель ЕС, придерживается ограничительного подхода и рассматривает в качестве потребителя только физических лиц, тогда как в некоторых зарубежных странах отдельные виды юридических лиц также могут пользоваться преимуществами законодательства о защите прав потребителей. Второй элемент понятия потребителя - это цели, в которых действует указанное лицо. Способ определения таких целей может быть позитивным (в каких целях действует лицо), негативным (за пределами каких целей оно действует) или смешанным.

    15

    Понятие профессиональной стороны - контрагента потребителя - структурируется аналогичным образом с учетом того, что ее хозяйственные цели связаны с осуществлением предпринимательской или профессиональной деятельности. Профессиональной стороной могут быть как физические, так и юридические лица.

    Предложено изменить ст. 1212 ГК РФ в части определения сторон договора, сделав в отношении понятия потребителя отсылку к специальному закону и добавив в примечании к статье определение профессиональной стороны:

    «Выбор права, подлежащего применению к договору, стороной которого является гражданин, признаваемый потребителем в соответствии с законодательством о защите прав потребителей, не может повлечь за собой лишение защиты его прав, предоставляемой императивными нормами права страны места жительства потребителя, если профессиональная сторона осуществляет свою деятельность в стране места жительства потребителя либо любыми способами направляет свою деятельность на территорию этой страны или территории нескольких стран, включая территорию страны места жительства потребителя, при условии, что договор связан с такой деятельностью профессиональной стороны.

    Примечание. Под профессиональной стороной в настоящей статье понимается физическое или юридическое лицо, действующее в рамках договора, заключенного с потребителем, в целях, связанных с осуществлением предпринимательской или профессиональной деятельности. Лицо, признаваемое в соответствии с законодательством о защите прав потребителей изготовителем, исполнителем или продавцом, является профессиональной стороной».

    Второй параграф «Развитие концепции договора с участием потребителя в судебной практике» содержит обобщение практики иностранных судов по вопросам включения юридических лиц в понятие потребителя и установления критериев квалификации договоров со смешанной целью в качестве договоров с участием потребителя.

    16

    Выявлено, что Суд ЕС вслед за европейским законодателем придерживается строгого толкования понятия потребителя. Ни при каких обстоятельствах юридические лица не могут считаться потребителями, даже если при заключении договора их цели не имели отношения к предпринимательской или профессиональной деятельности. Таким образом, в понятии «потребитель» определяющими являются обе части дефиниции: и относимость субъекта к физическим лицам, и характер его целей при заключении договора. В то же время, как законодатели, так и суды отдельных стран нередко допускают отступления от столь строгого принципа и распространяют статус потребителя на отдельные виды юридических лиц (малые предприятия, некоммерческие организации и т.п.).

    Установлено содержание понятия договора со смешанной целью - это сделка, которая не служит исключительно частным или предпринимательским целям. Если цели физического лица при заключении договора носили смешанный характер, то такое лицо может быть признано потребителем только в исключительных случаях, когда предпринимательские и профессиональные цели настолько незначительны, что не могут повлиять на статус данного лица. Если лицо умышленно или неосторожно вводит профессиональную сторону в заблуждение относительно своих целей и демонстрирует их относимость к его предпринимательской или профессиональной деятельности и при этом профессиональная сторона разумно не предполагает частных целей, то, даже если это не соответствует действительности, такое лицо в дальнейшем не может испрашивать статус потребителя и применять в защиту своих прав специальные нормы.

    Во второй главе «Международная подсудность споров из договоров с участием потребителя» исследуется зарубежный опыт регулирования вопросов подсудности, возникающих при рассмотрении споров из трансграничных договоров с участием потребителя, анализируются проблемные аспекты наиболее распространенной - европейской - модели регулирования, доктринальные предложения по их решению, даются предложения по совершенствованию

    17

    российского законодательства. Особое внимание уделено положениям европейского Регламента Брюссель I как источнику для потенциальной рецепции.

    В первом параграфе «Законодательство о международной подсудности по спорам из договоров с участием потребителя» осуществляется сравнение регулирующих отношения с участием потребителя норм международного гражданского процесса разных стран.

    Специальное регулирование международной подсудности по спорам из договоров с участием потребителя, осложненных иностранным элементом, содержится сегодня только в наиболее развитых правопорядках. Законодательства разных стран содержат некоторые отличия по указанному вопросу и проработаны в разной степени, однако все они восприняли общий принцип: выбор сторонами договора с участием потребителя компетентного государственного суда должен быть ограничен по причине неравных переговорных возможностей потребителя и профессиональной стороны.

    С целью компенсировать фактическое неравное положение субъектов правоотношения некоторые законодатели предоставляют потребителю, как слабой стороне договора, несколько альтернатив для подачи иска. В то же время профессиональная сторона обычно вправе обратиться с иском против потребителя только в суд страны места его жительства. Автором впервые предложено называть такую модель регулирования асимметричной альтернативной подсудностью. Свобода сторон в установлении договорной подсудности весьма ограничена в случае договоров с участием потребителя. Некоторые страны предусматривают возможность установления пророгационным соглашением более широкого перечня альтернативных юрисдикции, однако только если это ведет к предоставлению потребителю больших возможностей, но не к ущемлению его прав.

    Отмечается, что Россия демонстрирует отставание от развитых правопорядков по вопросу регулирования международной подсудности споров из договоров с участием потребителя. В российском законодательстве отсутствуют специальные нормы, регулирующие данный аспект, и этот пробел приходится

    18

    восполнять посредством применения общих норм гражданского процессуального права. Думается, что ситуацию необходимо исправить посредством добавления в гл. 44 ГПК РФ «Подсудность дел с участием иностранных лиц судам в Российской Федерации» специальной нормы, не относя рассматриваемую категорию дел ни к исключительной, ни к договорной подсудности, а предусматривая для нее особый режим, подобный тому, что содержится в Регламенте Брюссель I.

    Во втором параграфе «Современная модель регулирования международной подсудности по спорам из договоров с участием потребителя в доктрине и в судебной практике» детально рассматриваются отдельные теоретические и практические проблемы закрепленной в Регламенте Брюссель I европейской модели регулирования международной подсудности по спорам из договоров с участием потребителя.

    Применение норм Регламента Брюссель I основано на теории направленной деятельности, которая заключается в том, что специальные нормы о международной подсудности споров из договоров с участием потребителя действуют не во всех случаях, а только тогда, когда деятельность иностранной профессиональной стороны направлена на страну места жительства потребителя. Замена устаревших критериев современной концепцией направленной деятельности связана с развитием электронной коммерции и все более частым заключение трансграничных потребительских договоров в сети Интернет.

    На основе проанализированного иностранного законодательства, юридической доктрины, а также практики суда ЕС сформировано предложение дополнить гл. 44 ГПК РФ «Подсудность дел с участием иностранных лиц судам в Российской Федерации» статьей следующего содержания:

    «Ст. 404.1. Подсудность дел, вытекающих из договоров с участием потребителя

    1. Суды в Российской Федерации рассматривают дела с участием иностранных лиц, если иск вытекает из договора, стороной которого являются потребитель, имеющий место жительства в Российской Федерации, и

    19

    профессиональная сторона, которая осуществляет свою деятельность в Российской Федерации либо любыми способами направляет свою деятельность на территорию Российской Федерации или территории нескольких стран, включая территорию Российской Федерации, при условии, что договор связан с такой деятельностью профессиональной стороны.

    2. Потребитель, имеющий место жительства в Российской Федерации, вправе подать иск к профессиональной стороне в суд государства места нахождения профессиональной стороны или в суд в Российской Федерации.

    3. Профессиональная сторона вправе подать иск к потребителю, имеющему место жительства в Российской Федерации, только в суд в Российской Федерации.

    4. Правило, установленное пунктом 3 настоящей статьи, не распространяется на случаи подачи встречного иска.

    5. Отступления от положений настоящей статьи допустимы по соглашению сторон исключительно в следующих случаях:

    1) если соглашение об изменении подсудности заключено после возникновения спора;

    2) если соглашение об изменении подсудности не затрагивает установленного настоящей статьей права потребителя подавать иск в суд в Российской Федерации.

    6. Положения настоящей статьи не применяются к договорам перевозки, кроме договоров об оказании за общую цену услуг по перевозке и размещению (независимо от включения в общую цену стоимости других услуг), в частности на договоры в сфере туристического обслуживания.

    7. Положения настоящей статьи не применяются, если при заключении договора с потребителем профессиональная сторона не знала и не должна была знать о месте жительства потребителя, а также, если потребитель умышленно ввел профессиональную сторону в заблуждение относительно своего статуса как потребителя».

    20

    Поскольку участникам гражданского оборота, в том числе иностранным лицам, не запрещено включать в договор с участием домицилированного в Российской Федерации потребителя арбитражную оговорку, в соответствии с которой споры из данного договора передаются на рассмотрение в иностранный арбитраж, появление таких условий в договоре вполне возможно. Однако проведение арбитражного разбирательства в месте, проезд к которому влечет для потребителя чрезмерные издержки, может препятствовать потребителю в представлении объяснений. В связи с этим предлагается дополнить Закон РФ о защите прав потребителей статьей следующего содержания:

    «17.1. Внесудебная защита прав потребителей

    По соглашению сторон допускается рассмотрение спора с участием потребителя в постоянно действующем арбитражном учреждении, расположенном по месту жительства потребителя, или с использованием информационно-коммуникационных сетей, позволяющих сторонам представлять доказательства и давать объяснения».

    В третьем параграфе «Альтернативные способы разрешения трансграничных споров из договоров с участием потребителя» приводятся результаты изучения доктрины и законодательства ЕС в сфере регламентации альтернативных (внесудебных) способов разрешения споров из осложненных иностранным элементом договоров с участием потребителя.

    Установление специальных норм о международной подсудности споров из договоров с участием потребителя делает правосудие более доступным для слабой стороны потребительского договора. Вместе с тем, рассмотрение подобных споров, осложненных иностранным элементом, в государственных судах сопряжено с множественными временными и финансовыми затратами, не соизмеримыми с размером исковых требованием, что умаляет привлекательность государственного правосудия. Решение проблемы может заключаться в развитии альтернативных способов разрешения споров, в том числе онлайн. Наибольшее развитие идеи альтернативного разрешения споров с участием потребителя получили в законодательстве ЕС. В то же время, на сегодняшний день оно

    21

    устанавливает только минимальные стандарты и базовые принципы функционирования учреждений по альтернативному разрешению споров, которые должны получить развитие в национальном законодательстве стран ЕС.

    В сфере разрешения споров с участием потребителя онлайн прорыв европейского законодателя заключается в создании электронной платформы, которая призвана стать главным центром по координации потребителей и учреждений по альтернативному разрешению споров из разных стран, их связующим звеном. В то же время сегодня в праве ЕС не установлены конкретные процессуальные нормы, регламентирующие разрешение споров онлайн. Восполнить этот пробел смогут разрабатываемые Правила ЮНСИТРАЛ по разрешению споров онлайн.

    Третья глава «Коллизионное регулирование договоров с участием потребителя» посвящена исследованию моделей ограничения автономии воли в договорах с участием потребителя, детальному рассмотрению законодательной модели, закрепленной в Регламенте Рим I и ст. 1212 ГК РФ, а также изучению доктринальных проблем этой модели и поиску их решений.

    В первом параграфе «Пределы автономии воли в трансграничных договорах с участием потребителя» приводится классификация моделей коллизионного регулирования договоров с участием потребителя, рассматриваются теоретические обоснования для каждой из них.

    В подавляющем большинстве правопорядков, которые предусматривают специальное коллизионное регулирование для договоров с участием потребителя, на сегодняшний день генеральной коллизионной привязкой продолжает оставаться автономия воли сторон. Вместе с тем, в отношении этой категории договоров автономия воли подвергается значительным ограничениям. В европейской модели коллизионного регулирования, воспринятой в России и некоторых других странах, таким ограничителем являются императивные нормы права страны места жительства потребителя.

    Сделан вывод, что появление в трансграничном договорном правоотношении такого специфического субъекта, как потребитель, коренным

    22

    образом меняет субсидиарную привязку. Происходит своего рода инверсия: при отсутствии выбранного в договоре права применяется не право страны осуществляющей характерное исполнение (общее правило), а право страны места жительства потребителя. Именно таким образом принцип защиты слабой стороны реализуется в сфере коллизионного регулирования договоров с участием потребителя.

    Право страны места жительства потребителя выбрано в качестве ограничителя автономии воли не столько с целью обеспечения наибольшего стандарта защиты прав потребителей, сколько по тому, что оно в наибольшей степени известно и привычно потребителю. Вместе с тем, избранное сторонами право вполне может быть применено в полном объеме без всяких ограничений, если такое применение предоставляет потребителю больше преимуществ, чем право страны его места жительства.

    Отмечается, что в связи с развитием электронной коммерции и роста числа договоров, заключаемых посредством сети Интернет, в европейской модели был изменен критерий применения специальных коллизионных норм для договоров с участием потребителя. Была воспринята разработанная в доктрине теория направленной деятельности, которая для применения этих норм требует доказательств того, что деятельность профессиональной стороны была направлена на страну места жительства потребителя. При этом не называются конкретные признаки направленной деятельности - их перечень открыт.

    Установлено, что американская доктрина коллизионного права не выделяет договоры с участием потребителя как особую категорию и применяет к ним общие коллизионные принципы, регулирующие договорные отношения в целом. В то же время в судебной практике единообразие отсутствует: в одних случаях американские суды допускают абсолютную автономию воли в договорах с участием потребителей, в других - используют определенные инструменты для ее ограничения, например, теорию фундаментальных публичных политик. В отсутствие законодательного закрепления норм, подобных содержащимся в европейских актах, решение коллизионного вопроса в отношении договоров с

    23

    участием потребителя остается практически непредсказуемым в американских судах, что явно не соответствует интересам слабой стороны.

    Во втором параграфе «Теоретические проблемы применения права страны места жительства потребителя для ограничения автономии воли» детально рассматриваются отдельные доктринальные проблемы европейской модели коллизионного регулирования, воспринятой в России, предлагаются способы их решения.

    В первую очередь рассматривается вопрос о том, по чьей инициативе применяются специальные коллизионные нормы: исключительно по ходатайству слабой стороны или, в том числе, по инициативе суда. Сделан вывод, что поскольку защита прав потребителей равно относится как к сфере частных интересов, так и к сфере публичных интересов, то применение императивных норм страны домицилия потребителя может осуществляться как по инициативе слабой стороны, так и по инициативе суда. При этом, если потребитель не проживает на территории страны суда, но требует применения императивных норм страны своего домицилия, суд должен устанавливать содержание такого иностранного права ex officio, не перекладывая это бремя на слабую сторону.

    Далее, исследуется вопрос, какие императивные нормы страны места жительства потребителя имеются в виду в специальных коллизионных нормах, регулирующих договоры с участием потребителя. Приводятся различные доктринальные точки зрения, после чего обосновывается вывод, что под императивными нормами права страны домицилия потребителя следует понимать нормы законодательства о защите прав потребителей. Общие императивные нормы допустимо применять только при отсутствии такого специального законодательства в том или ином правопорядке, и только если они имеют непосредственное отношение к договору с участием потребителя.

    Также в параграфе рассматриваются воззрения отечественных и зарубежных ученых на проблему кумуляции императивных норм избранного сторонами права и права страны места жительства потребителя. Установлено, что в России такая кумуляция законодательно не запрещена, однако очевидно, что она

    24

    нарушает баланс интересов сторон, дополнительно обременяя профессиональную сторону и предоставляя потребителю уровень защиты, на который он не мог бы рассчитывать ни в одном из отдельно взятых правопорядков. В связи с этим делается вывод, что подобной кумуляции следует избегать.

    Отдельно исследуется статус так называемых «активных» потребителей, т.е. заключивших договор с иностранной профессиональной стороной, не направлявшей свою деятельность на страну их места жительства. Отмечается, что в соответствии с европейской моделью они приравниваются к профессионалам, и в отношении них действуют общие коллизионные нормы. Российское право пошло дальше в этом вопросе: к договорам с участием «активного» потребителя применяется ограничитель автономии воли сторон в виде права страны наиболее тесной связи (места нахождения стороны, осуществляющей характерное исполнение).

    В заключении содержатся выводы по теме исследования, формулируются предложения по совершенствованию отечественного законодательства, а также доктринальные рекомендации по практике его применения.

    25

    По теме диссертации автором опубликованы следующие работы:

    Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, указанных в перечне ВАК Минобрнауки России

    1) Резник Р.С. Международная подсудность споров из договоров с участием потребителя // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2015. № 4. С. 165 - 173 (0,73 п.л.).

    2) Резник Р.С. Коллизионная защита прав потребителей в Европейском союзе и Российской Федерации // Право и политика. 2015. № 12. С. 1706 - 1713 (0,93 п.л.).

    3) Резник Р.С. Альтернативные способы разрешения международных споров из договоров с участием потребителя // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2017. № 1. С. 111 - 121 (0,89 п.л.).

    Другие публикации

    4) Резник Р.С. Проблемы применимого права в спорах из потребительских договоров: практика судов США // Юридический вестник молодых ученых. 2015. № 1 (1). С. 50 - 57 (0,93 п.л.).

    5) Резник Р.С. Онлайн-урегулирование трансграничных потребительских споров в ЕС / В кн.: Международные правоотношения: публичные, частные и интеграционные аспекты: сборник X межвузовской научно-практической конференции студентов и аспирантов. М.: Издательский центр Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), 2015. С. 71 - 74 (0,23 п.л.).

    6) Резник Р.С. Ограничение автономии воли сторон при установлении применимого права в договорах с участием потребителя / В кн.: Сборник материалов I Международной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Сперанские чтения». М., 2015. С. 88 - 91 (0,23 п.л.).

    7) Резник Р.С. Коллизионная защита прав потребителей в Российской Федерации и Европейском союзе / В кн.: Традиции и новации в системе

    26

    современного российского права. Сборник тезисов XIV Международной научно-практической конференции молодых ученых. М.: Издательский центр Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), 2015. С. 276 - 277 (0,13 п.л.).

    8) Резник Р.С. Коллизионная защита интересов потребителей: опыт Европейского союза // В кн.: Перспективы развития частного права в Восточной Европе и СНГ. Материалы научно-практической конференции. Таллинн, 2015. С. 95 - 99 (0,58 п.л.).

    9) Резник Р.С. Правовые риски трансграничной розничной торговли: коллизионный аспект // В кн.: Развитие российского права: новые контексты и поиски решения проблем Ч. 4. М.: Издательство Проспект, 2016. С. 197 - 200 (0,25 п.л.).

    10) Резник Р. С. Договоры с участием потребителя: проблемы международной подсудности // В кн.: Обеспечение прав и свобод человека в современном мире. М.: Издательство Проспект, 2017. С. 369 - 373 (0,25 п.л.).

    27

Информация обновлена:15.06.2018


Сопутствующие материалы:
  | Защита диссертаций 
 

Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст книги, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх
Редакция портала: info@law.edu.ru
Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru