Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все книги/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Уголовная ответственность за нарушение требований охраны труда :

АР
Х456 Хилтунов, Н. Н. (Николай Николаевич).
Уголовная ответственность за нарушение требований охраны
труда : автореферат диссертации на соискание ученой степени
кандидата юридических наук. Специальность 12.00.08 -
уголовное право и криминология ; уголовно-исполнительное
право / Н. Н. Хилтунов ; науч. рук. З. Б. Соктоев. -М.,
2015. -34 с.-Библиогр. : с. 31 - 34.9 ссылок
Материал(ы):
  • Уголовная ответственность за нарушение требований охраны труда.
    Хилтунов, Н. Н.

    Хилтунов, Н. Н.

    Уголовная ответственность за нарушение требований охраны труда : автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

    3

    ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

    Актуальность темы исследования. Сегодня в Российской Федерации на имеющихся 48 млн. рабочих мест трудится 71 млн. работников, из них — около 10 млн. заняты на работах с вредными и (или) опасными условиями труда. При этом согласно официальной статистике за последнее десятилетие наблюдается двукратное снижение уровня производственного травматизма в России[1]. Если в 2004 г. на предприятиях пострадало 87 763 человека, из них со смертельным исходом — 3 292, то в 2014 г. на 136 439 работающих предприятиях пострадало 31 336 человек, из них со смертельным исходом — 1 456. Как известно, чем выше уровень развития науки и техники в стране, тем острее ставится проблема охраны труда, обеспечения безопасных условий работы, ликвидации производственного травматизма и профессиональных заболеваний. Сопоставление специалистами количества смертей и несмертельного травматизма в России и США показывает, что число несчастных случаев в России должно составлять не 35 - 40 тыс. (официальные данные), а от 1,2 до 3 млн. человек. Другими словами, в сферу официальной российской статистики попадает не более 2-5 % случаев производственного травматизма[2].

    Согласно ежегодно составляемому сводному отчету «Единый отчет о преступности» в 2014 г. в России зарегистрировано 485 преступлений, предусмотренных ст. 143 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК), в то время как в 2013 г. — 517, в 2012 г. — 516, в 2011 г. — 587, в 2010 г. — 558, в 2009 г. — 603, в 2008 г. — 631, в 2007 г. — 758, в 2006 г. — 991, в 2005 г. — 1 063, в 2004 г. — 1 048, в 2003 г. — 1 566, в 2002 г. — 1 501, в 2001 г. — 1 450, в 2000 г. — 1 270, в 1999 г. — 926, в 1998 г. — 815, в 1997 г. — 679. Нетрудно заметить разрыв между данными о производственном травматизме и количестве зарегистрированных

    4

    преступлений. Понятно, что не каждый случай производственной травмы связан с преступным нарушением требований охраны труда, однако правы те исследователи латентной преступности, которые утверждают, что по ст. 143 УК уровень неучтенной преступности значителен. Во всяком случае материалы контролирующих органов свидетельствуют о повторяющихся повсеместно грубых нарушениях законодательства об охране труда.

    При обсуждении и принятии российского УК диспозиция его ст. 143 практически не подверглась изменениям в сравнении со ст. 140 УК РСФСР, причем в тексте уголовного закона была даже использована терминология, уже вышедшая из употребления в базовом законодательстве (нормах иной, отличной от уголовно-правовой отраслевой принадлежности). И лишь Федеральным законом от 28.12.2013 № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О специальной оценке условий труда"» (далее — Закон № 421-ФЗ) в ст. 143 УК были внесены изменения, которые в известной мере учитывают современный уровень развития законодательства и правоприменительной практики.

    В связи с изменениями, внесенными в ст. 143 УК, перед уголовным правом возникли новые вопросы, требующего своего разрешения. Кроме того, вопросы уголовно-правовой охраны конституционного права человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, продолжают оставаться актуальными в свете обсуждения принципиальной новой редакции УК, в необходимости которой уже сомневаться не приходится.

    Цель диссертационного исследования заключается в получении теоретических выводов и практических рекомендаций по решению проблемы обеспечения эффективной уголовно-правовой охраны конституционного права на безопасный труд на законодательном и правоприменительном уровнях.

    Для достижения указанной цели были поставлены и решены следующие задачи:

    5

    - на основе выявления исторических и социальных предпосылок уголовной ответственности за нарушение требований охраны дать оценку современного состояния уголовно-правовой охраны труда в Российской Федерации;

    - осуществить сравнительно-правовой анализ норм об ответственности за преступное нарушение требований охраны труда;

    - провести исследование судебно-следственной практики по применению ст. 143 УК;

    - изучить объективные и субъективные признаки преступления, предусмотренного в ст. 143 УК, сформулировать теоретические рекомендации по применению этой нормы;

    - разработать критерии отграничения преступного нарушения требований охраны труда от смежных деяний;

    - обобщить практику назначения наказания и применения иных мер уголовно-правового характера по ст. 143 УК;

    - разработать предложения по совершенствованию уголовного законодательства для повышения эффективности нормы об ответственности за преступное нарушение требований охраны труда.

    Объект исследования составляют общественные отношения в сфере уголовно-правовой охраны конституционных прав человека и гражданина на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям.

    Предметом исследования стали труды российских и зарубежных ученых, посвященные проблеме уголовной ответственности за нарушение требований охраны труда; общепризнанные принципы и нормы международного права; положения Конституции Российской Федерации (далее — Конституция); уголовное законодательство РФ; нормы уголовного законодательства ряда зарубежных государств; положения федеральных законов и подзаконных нормативных актов РФ об охране труда; данные официальной статистики и социологических исследований; правоприменительная практика в связи с уголовной ответственностью за нарушение требований охраны труда.

    6

    Степень научной разработанности темы диссертации определяется исследованиями проблемы уголовной ответственности за преступное нарушение правил безопасности и иных правил охраны труда, проведенными Н. В. Беляевой, В. И. Борисовым, А. П. Бороданковой, М. С. Брайниным, Ш. К. Вахитовым, В. К. Глистиным, И. И. Гореликом, М. С. Гринбергом, Р. В. Закомолдиным, В. Е. Квашисом, С. А. Квелидзе, А. Н. Красиковым, И. П. Лановенко, Ю. Б. Мельниковой, Н. И. Пикуровым, А. М. Плешаковым, В. П. Тихим, В. А. Широковым, Н. П. Яблоковым и другими авторами.

    После вступления в силу УК эта проблема так или иначе освещалась в докторских диссертациях А. С. Курманова (Екатеринбург, 2011), Л. Г. Мачковского (М., 2005), В. А. Нерсесяна (М., 2006), А. В. Серебренниковой (М., 2008), И. М. Тяжковой (М., 2003), а также стала предметом специального исследования в кандидатских диссертациях И. В. Бессоновой (М., 2002), Н. В. Бердычевской (Ростов н/Д, 2011), A. А. Великого (Челябинск, 2004), Д. Ю. Вешнякова (СПб., 2013), B. В. Воробьева (Н. Новгород, 2002), Э. А. Коренковой (М., 2002), Н. А. Лукьяновой (Н. Новгород, 2005), С. В. Марковиченко (Омск, 2011), Е. Н. Пшизовой (Ростов н/Д, 2008), О. А. Смык (Краснодар, 2006), A. Г. Стаценко (Владивосток, 1999), С. В. Суслова (Саратов, 2005), B. М. Тринчук (Омск, 2006), И. Е. Эмировой (М, 2005).

    Однако монографических исследований, специально посвященных проблеме уголовной ответственности за преступное нарушение требований охраны труда, основанных на изучении судебно-следственной практики по применению актуальной редакции ст. 143 УК, до настоящего времени не проводилось.

    Указанные обстоятельства предопределили выбор темы диссертационного исследования, постановку соответствующих цели и задач, требующих решения.

    Нормативную основу исследования составляют международно-правовые акты, в том числе конвенции и рекомендации Международной организации труда (МОТ); Конституция; постановления и определения Конституционного

    7

    Суда РФ; УК; Трудовой кодекс Российской Федерации (далее — ТК); федеральные законы и законы субъектов РФ; акты Правительства РФ, федеральных министерств и ведомств. Компаративный анализ потребовал изучения нормативных правовых актов ряда зарубежных государств.

    Теоретическую базу исследования составили труды по отечественному и зарубежному уголовному праву, исследования по международному, конституционному, административному, трудовому, уголовно-процессуальному праву, криминологии, общей теории права, философии, логике, социологии.

    Эмпирическая база исследования представлена данными, полученными в результате анализа и обобщения:

    - официальной статистики преступности в Российской Федерации за период с 1997 по 2014 г. и производственного травматизма в Российской Федерации за период с 2000 по 2014 г.;

    - опубликованной судебной практики верховных судов СССР, РСФСР, Российской Федерации по применению ст. 140 УК РСФСР и ст. 143 УК за период с 1960 по 2015 г. (использованы также постановления Пленума Верховного Суда РФ по вопросам, касающимся темы исследования);

    - процессуальных решений органов предварительного расследования, судов (судей) в субъектах РФ Уральского, Сибирского, Дальневосточного и иных федеральных округов, вынесенных в порядке правоприменительной практики по ст. 143 УК РФ за период с 1999 по 2015 годы (774 уголовных дела, Приложение №2);

    - вынесенных в Российской Федерации приговоров по ст. 143 УК за период с 1999 по 2015 г. (Приложение №3).

    Методологическая база исследования. Диссертационное исследование осуществлено с использованием современной методологии научного познания. Основу исследования составляет диалектический метод. Использованы общенаучные (формально-логический, аксиоматический, гипотетический, системный, структурно-функциональный, лингвистический) и специальные

    8

    (нормативно-логический, историко-правовой, сравнительно-правовой, аксиологический, конкретно-социологический, статистический и др.) методы научного познания.

    Научная новизна исследования состоит в том, что работа представляет собой первую после внесенных изменений в УК Законом № 421-ФЗ попытку комплексного изучения проблемы уголовной ответственности за преступное нарушение требований охраны труда, результаты которого восполнят пробел теоретического осмысления новой редакции ст. 143 УК. На основе авторского понимания механизма причинения вреда объекту уголовно-правовой охраны в его системной связи с иными признаками преступления, а также результатов проведенного сравнительного анализа правоприменительной практики, сложившейся до и после внесения изменений, изучения опыта законотворческой работы по дифференциации обязанностей лиц, которые должны обеспечивать и соблюдать требования безопасности, сформулированы рекомендации на законодательном и правоприменительном уровнях.

    Основные положения, выносимые на защиту:

    1. Уголовно-правовой запрет, предусмотренный ст. 143 УК, является результатом развития базового законодательства об охране труда. По мере эволюции уголовно-правовой нормы о преступном нарушении требований охраны труда изменялись типы технико-юридических приемов законодательного описания криминообразующих и квалифицирующих признаков преступления: 1) путем отказа от казуистического изложения деяния с изложением его в емкой форме как нарушения требований охраны труда; 2) посредством приведения редакции уголовно-правовой нормы в соответствие с базовым законодательством; 3) за счет конкретизации родового и непосредственного объектов уголовно-правовой охраны и, как следствие, уточнения объективных пределов ответственности; 4) путем определения признаков специального субъекта преступления.

    2. В целях экономии уголовной репрессии в качестве криминообразующего признака использовано причинение вреда здоровью

    9

    потерпевшего или смерти, что, в свою очередь, при совершении преступления, предусмотренного ст. 143 УК, свидетельствует о причинении вреда интегративному объекту преступления — безопасности производственной деятельности.

    3. Механизм причинения вреда объекту преступного нарушения требований охраны труда уточняет криминологический механизм преступления и сводится к динамике взаимодействия объекта преступления и его объективной стороны, реализуемой в силу преступной неосторожности специальным субъектом: лицо, на которое возложены обязанности по организации или обеспечению соблюдения требований охраны труда, разрывает социально-нормативную связь путем исключения себя из этого отношения (неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей), чем вызывает опасность воздействия на работников вредных производственных факторов. Вследствие разрыва социальной связи изменяет свое свойство уровень установленной безопасности, что является катализатором причинения вреда жизни и здоровью работника.

    4. По ст. 143 УК потерпевшими могут быть признаны лишь лица, обладающие существенными признаками, обусловленными трудовыми отношениями, в том числе юридически не оформленными фактическими трудовыми отношениями, на которые указывают: 1) личный характер прав и обязанностей работника; 2) выполнение работы с соблюдением правил внутреннего распорядка при обеспечении нанимателем условий труда; 3) выполнение работы за счет средств производства, предоставляемых нанимателем; 4) возмездный характер (оплата производится за труд); 5) несамостоятельность работника, выполняющего задания нанимателя (обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию). При отсутствии у лица данных признаков ответственность виновных в преступном нарушении требований охраны труда наступает по другим статьям УК. Для повышения эффективности правоприменительной практики, исключения ошибок при разграничении составов преступлений

    10

    предлагается внести изменения в ст. 143 УК, заменив термин «человек» на термин «потерпевший». Тем самым при использовании законодательного приема, связанного с толкованием термина «потерпевший», подчеркивается причинение вреда не просто человеку, а потерпевшему — работнику вследствие нарушения его конституционного права на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

    5. Законом № 421-ФЗ изменена редакция ст. 143 УК в части определения обязанностей субъекта преступления. Проведенная законодательная регламентация является неудачной, поскольку породила на практике сложности при квалификации и разграничении преступлений, что приводит к квалификационным ошибкам. В соответствии с трудовым законодательством любой работник обязан соблюдать требования по охране труда и по обеспечению охраны труда, однако из этого вовсе не следует, что каждый работник обязан обеспечивать конституционное право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены. Не может признаваться субъектом преступления, предусмотренного ст. 143 УК, рядовой работник, если он не наделен работодателем полномочиями по организации или обеспечению соблюдения требований охраны труда. Поэтому предлагается изменить законодательную регламентацию обязанностей субъекта преступления, изложив в этой части ст. 143 УК в следующей редакции: «лицо, на котором лежали обязанности по организации или обеспечению соблюдения требований охраны труда» — так, как это осуществлено в ст. 263.1 УК.

    6. Если лицо, имеющее статус индивидуального предпринимателя либо руководителя зарегистрированной в установленном порядке организации, осуществляет незаконное предпринимательство и допускает преступное нарушение требований охраны труда, то действия этого лица квалифицируются по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 171 и 143 УК. Если вследствие осуществления предпринимательской деятельности без регистрации или без обязательной лицензии возникает производственная травма с причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти

    11

    человеку, то содеянное подлежит квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 171 и ст. 118 или 109 УК.

    7. Следует признать ошибочным утверждение, что освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим за совершение преступления, предусмотренного ст. 143 УК, является не обязанностью, а правом компетентных органов. Освобождение от уголовной ответственности представляет собой реализацию полномочия правоприменительного органа, состоящего в единстве его прав и обязанностей. При наличии основания уголовной ответственности и всех условий, вытекающих из действительного смысла ст. 76 УК, компетентный орган обязан (а не вправе) прекратить уголовное дело и (или) уголовное преследование. Неукоснительное соблюдение этого требования позволит минимизировать коррупционную составляющую практики освобождения от уголовной ответственного в связи с примирением с потерпевшим.

    8. В связи с преступным нарушением требований охраны труда в 64,9 % случаев в качестве наказания избиралось лишение свободы с применением ст. 73 УК; в 10,8% от всех приговоров назначался штраф исключительно как основной вид наказания; исправительные работы назначались лицам в 6,9 % случаев с реальным отбыванием назначенного наказания и в 5,4 % случаев — с признанием считать наказание условным с испытательным сроком; обязательные работы назначались в 0,8 % от всех приговоров; принудительные работы вовсе судами не назначались. Поскольку выявленные тенденции в практике назначения наказания показали, что судами не в полной мере учитывается требование о том, что более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, в санкцию ч. 1 ст. 143 УК предлагается включить такой вид наказания, как ограничение свободы.

    12

    9. Обоснована необходимость изменения законодательной регламентации преступных нарушений требований охраны труда посредством изложения ч. 1 ст. 143 УК в следующей редакции:

    «1. Нарушение требований охраны труда, совершенное лицом, на котором лежали обязанности по организации или обеспечению соблюдения этих требований, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, —

    наказывается штрафом в размере до четырехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо ограничением свободы до трех лет, либо принудительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до одного года или без такового».

    Теоретическая значимость исследования заключается в том, что приведенные положения и полученные выводы могут быть использованы в процессе совершенствования уголовного законодательства при оценке оснований криминализации нарушения требований охраны труда, способствуют дальнейшей доктринальной разработке проблемы уголовной ответственности за преступное нарушение требований охраны труда. Материалы диссертации могут найти применение в учебном процессе при подготовке бакалавров, специалистов, магистров и аспирантов, а также в ходе повышения квалификации и переподготовки работников правоохранительных органов и судов.

    Практическая значимость работы заключается в том, что результаты диссертационного исследования послужат совершенствованию практики применения норм об ответственности за преступное нарушение требований охраны труда, в частности могут быть использованы для создания

    13

    последовательного и непротиворечивого алгоритма квалификации преступления, предусмотренного ст. 143 УК, и его разграничения с другими преступлениями, связанными с нарушением специальных правил, а также иными деяниями с учетом межотраслевых связей.

    Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена в федеральном государственном казенном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации» и обсуждена на заседании кафедры уголовно-правовых дисциплин.

    Основные положения диссертационного исследования нашли свое отражение в девяти научных работах, общим объемом 12,6 п. л., в том числе в четырех научных статьях, опубликованных в установленном Высшей аттестационной комиссией при Министерстве образования и науки Российской Федерации перечне ведущих рецензируемых научных журналов, одной монографии. Результаты диссертационного исследования внедрены в практику Правового управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации, учебный процесс Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации и Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), а также апробированы в ходе проведения Всероссийской научно-практической конференции «Правовая Россия: теория и практика» (15 июля 2011 г., Йошкар-Ола), Международной научно-практической конференции «Закон и порядок» (30 мая 2011 г., Москва), Международной научно-практической конференции «Наука в современном мире» (25 ноября 2011 г., Москва), научно-практической конференции «Актуальные проблемы юридической науки и практики: взгляд молодых ученых» (28 июня 2013 г., Москва).

    Структура работы обусловлена целью и задачами диссертационного исследования и состоит из введения, трех глав, включающих девять параграфов, заключения, библиографического списка и трех приложений.

    14

    СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

    Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, определяются цель и задачи, объект и предмет исследования, показываются степень научной разработанности темы, научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, раскрываются нормативная и теоретическая основы, эмпирическая и методологическая базы исследования, формулируются основные положения, выносимые автором на защиту, приводятся сведения об апробации результатов и структуре исследования.

    Первая глава «Ответственность за нарушение требований охраны труда: компаративный анализ», состоящая из двух параграфов, посвящена изучению норм отечественного законодательства об ответственности за преступные нарушения требований охраны труда в их историческом развитии и в сравнении с законодательством зарубежных государств.

    В первом параграфе «История уголовного права России о противодействии нарушениям требований охраны труда» сделан вывод, что принятие нормы об уголовной ответственности за нарушение требований охраны труда явилось результатом комплекса причин. Эволюция производственных сил как следствие технического прогресса неизбежно порождала риски травматизма рабочих. Такое положение вещей не могло устраивать государство, вынужденное в кратчайшие сроки добиваться повышения эффективности производительности труда, а значит, стремящееся к сохранению жизни и здоровья работников. Не случайно учреждение надзора за условиями труда совпадает с решениями верховной власти, которыми помещиков обязывали кормить своих крестьян и снабжать их посевными семенами (1734 г.). В последующем нормы базисного законодательства об охране труда подвергались расширению и детальной регламентации. Однако создание эффективного механизма обеспечения права на безопасный труд заняло

    15

    значительный период времени, а правительство и заводчики-фабриканты не принимали практически никаких мер для охраны труда рабочих.

    Великая русская революция (1917 г.) породила принципиально новый, социалистический тип трудовых отношений, направленный на максимальный учет интересов пролетариата, трудового народа. С этого момента охрана труда выступает уже как ключевой вид социальной политики государства, гарантирующий обеспечение безопасных и здоровых условий труда. Возникающий в процессе реализации наемного труда производственный травматизм стал предполагать более широкую социально-экономическую ответственность работодателя, в том числе принудительно организуемую государством.

    Первые нормы, посвященные трудовым отношениям и общим правилам безопасности, были предусмотрены в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. По мере эволюции этих норм изменялись типы технико-юридических приемов законодательного описания криминообразующих и квалифицирующих признаков преступления: 1) путем отказа от казуистического изложения деяния с изложением его в емкой форме как нарушения требований охраны труда; 2) посредством приведения редакции уголовно-правовой нормы в соответствие с базовым законодательством; 3) за счет конкретизации родового и непосредственного объектов уголовно-правовой охраны и, как следствие, уточнения объективных пределов ответственности; 4) путем определения признаков специального субъекта преступления. И этот процесс все еще не получил своего логического завершения.

    Второй параграф «Уголовное законодательство зарубежных государств об ответственности за нарушение требований охраны труда» содержит результаты компаративного анализа уголовного законодательства зарубежных государств

    и практики их применения. В современный период в большинстве стран мира провозглашена политика охраны труда на законодательном уровне. В уголовном законодательстве разных государств предусмотрены нормы,

    16

    направленные на охрану общественных отношений в сфере права граждан на безопасные условия труда.

    В государствах — участниках СНГ диспозиция нормы в основном аналогична ст. 143 УК, но имеются различия, на которые стоит обратить внимание: иное определение родового объекта (ст. 306 УК Республики Беларусь, ст. 257 УК Республики Узбекистан); иное определение субъекта преступления — лицо должно было исполнять обязанности по организации или обеспечению соблюдения правил охраны труда (ст. 152 УК Республики Казахстан).

    В некоторых государствах романо-германской правовой системы (Дания, Бельгия, Швеция, ФРГ, Франция) вовсе нет норм, аналогичных ст. 143 российского УК. Это значит, что законодатели не проводят различий между причинением вреда здоровью или смерти в результате несоблюдения правил предосторожности в быту и теми же последствиями, вызванными нарушением требований безопасности работ. В других государствах уголовное законодательство дифференцировано следующим образом: помимо общей нормы о причинении смерти или вреда здоровью существуют составы, предусматривающие ответственность за те же действия, совершенные при осуществлении профессиональной деятельности (ст. 307-308, 309 УК Голландии, ст. 455 УК Турции). Наконец, уголовное законодательство третьей группы стран включает норму с бланкетной диспозицией, специально посвященную ответственности за нарушение общих правил охраны труда или правил безопасности: с материальным составом (ст. 146 УК Латвии), деликт создания опасности (ст. 136 УК Болгарии, ч. 1 ст. 176 УК Литовской Республики, ст. 220 УК Польши, ст. 230 УК Швейцарии), смешанную (ст. 135 УК Эстонии).

    Особняком стоят государства, в уголовное законодательство которых введены целые главы и разделы, специально посвященные преступлениям, посягающим на право на труд в условиях безопасности и гигиены, и примыкающие к ним составы безопасности производства (ст. 311-318

    17

    разд. XV кн. II «Преступления против прав трудящихся» УК Испании, ст. 271 разд. X «Преступления против безопасности производства» УК Украины).

    Показательна ситуация в США, типичной стране англо-саксонской правовой семьи. За 40 лет с момента принятия конгрессом Закона об охране труда выявлено более 400 тыс. случаев производственного травматизма, приведших к смерти работников, расследовано 80 уголовных дел, обвинительные приговоры вынесены по 12 уголовным обвинениям.

    Во второй главе «Уголовно-правовой анализ состава нарушения требований охраны труда», объединяющей пять параграфов, произведен анализ элементов и признаков состава преступления, предусмотренного ст. 143 УК.

    В первом параграфе «Особенности объекта нарушения требований охраны труда» выявлен механизм причинения вреда объекту преступления: лицо, на которое возложены обязанности по организации или обеспечению соблюдения требований охраны труда, разрывает социально-нормативную связь путем исключения себя из этого отношения (способом здесь является неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей), чем изменяет сам предмет общественного отношения (возникает опасность воздействия на работников вредных производственных факторов). Вследствие разрыва социальной связи изменяет свое свойство уровень установленной безопасности, что является катализатором причинения вреда жизни и здоровью работника. Исходя из приведенных представлений о механизме причинения вреда объекту преступления по ст. 143 УК можно сделать вывод, что применительно к действующей системе Особенной части УК ст. 143 УК занимает правильное место. Однако в перспективе при выделении иных глав (допустим, главы «Преступления против общественной безопасности в области использования иных источников повышенной опасности») эту норму логично перенести в новую главу УК. Кроме того, механизм причинения вреда объекту преступления позволяет вполне точно определить, кто может быть признан субъектом и потерпевшим по ст. 143 УК.

    18

    Согласно материалам судебно-следственной практики подавляющее большинство потерпевших — мужчины (91,6% от общего количества потерпевших). В 95,1 % случаев вред причинялся только одному лицу, и лишь в 4,9 % исследованных ситуаций потерпевших было два и более.

    Заслуживают внимания следующие результаты: 90,7 % потерпевших по ст. 143 УК — это работники предприятий, учреждений, организаций; 3,6 % — иные участники производственного процесса; 5,7 % — посторонние для данного производства. Признание потерпевшими лиц третьей выделенной группы свидетельствует о квалификационной ошибке. Поэтому для целей правильного применения ст. 143 УК необходимо внести изменения в ч. 1 данной статьи, заменив слово «человека» словом «потерпевшего». Само понятие «человек» очень широко по объему. Между тем, необходимо четко определиться с социальной ролью этого человека, его включенностью в трудовые отношения, одним из свойств которого является социальная связь, направленная на охрану безопасности труда. При отсутствии такой социальной связи оснований для привлечения к уголовной ответственности по ст. 143 УК нет. Поэтому, указывая в диспозиции на то, что ответственность по данной статье наступает только при причинении вреда узкой категории людей, которые могут быть признаны потерпевшими от преступного нарушения охраны труда, а не всех, объединенных понятием «человек», исключаются ошибки правоприменения. Так, в тексте конкретных статей УК прямо указывается на причинение вреда именно потерпевшему (ст. 107, 110, 123, 131 и др.).

    Во втором параграфе «Особенности объективной стороны нарушения требований охраны труда» сделан вывод, что наиболее верным следует считать обусловленность общественной опасности нарушения требований охраны труда в первую очередь созданием опасных условий труда на производстве, когда возникает конкретная (реальная) возможность причинения работникам травм от воздействия производственных факторов. Криминализацию данного деяния по признаку причинения тяжкого вреда здоровью человека либо смерти следует рассматривать не иначе как

    19

    вынужденную меру (З. Б. Соктоев). Возведение в состав преступления самого факта нарушения норм безопасности и дезорганизации этим нарушением отношений общественной безопасности превысило бы карательные возможности государства и было бы явно не совместимо с экономией судебных репрессий (М. С. Гринберг).

    Бланкетный характер диспозиции ст. 143 УК создает серьезные сложности при ее правоприменении. Значительный объем нормативных правовых актов, регулирующих сферу охраны труда, на данный момент не систематизирован. Исходя из уголовно-правовой характеристики деяния по ст. 143 УК к квалификации преступления по признаку совершения действия (бездействия) предъявляются требования по установлению следующих обстоятельств:

    1) наличие обязанности лица соблюдать требования охраны труда;

    2) подтверждение законности возложения этой обязанности на лицо;

    3) допущенное нарушение лицом требований охраны труда; 4) наличие фактической возможности выполнить лицом возложенную обязанность.

    Отмечается, что Законом № 421 - ФЗ предпринята попытка введения единой терминологии с тем, чтобы согласовать нормы разд. X ТК и описание объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 143 УК. Однако такая попытка, по нашему мнению, удалась не в полной мере. Так, согласно примечанию к ст. 143 УК «под требованиями охраны труда в настоящей статье понимаются государственные нормативные требования охраны труда, содержащиеся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, законах и иных нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации». Но в то же время в ст. 209 ТК под требованиями охраны труда понимаются «государственные нормативные требования охраны труда, в том числе стандарты безопасности труда, а также требования охраны труда, установленные правилами и инструкциями по охране труда». Как несложно заметить, трудовое законодательство шире понимает требования охраны труда за счет таких требований, которые установлены правилами и инструкциями по охране труда, иначе — локальными актами.

    20

    Появление примечания к ст. 143 УК так до конца и не сняло вопросов применения локальных нормативных актов и их взаимодействия с государственными нормативными требованиями охраны труда, содержащимися в федеральных законах и иных нормативных правовых актах РФ, в законах и иных нормативных правовых актах субъектов РФ. Изучение материалов правоприменительной практики уже новой редакции ст. 143 УК показало, что компетентные органы продолжают вменять виновным нарушение требований, предусмотренных локальными актами. Такое вменение осуществляется наряду с предъявлением обвинения в нарушении требований, установленных в федеральных законах и иных нормативных правовых актах РФ. Кроме того, законодатель, de jure изменив термин, оставил de facto базовое законодательство неизменным. Это произошло в связи с тем, что законодатель использует тот же подход, когда указывает, что в нормативных правовых актах содержатся требования охраны труда, понимая под ними правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности (ч. 1 ст. 211 ТК). Как известно, в нормативных правовых актах содержатся нормы права — общеобязательные правила поведения, а не правила, процедуры, критерии и нормативы.

    Как показало исследование, большинство преступных нарушений требований охраны труда приходится на промышленное производство — 46,9 % преступлений. Нарушение требований охраны труда при строительстве и сопряженных с ним ремонтных работах было выявлено в 12,35 % случаев. Отмечается относительно равное распределение количества преступлений в трех разных сферах экономической деятельности, которые в совокупности составляют 1/3 от общего числа рассмотренных нами преступлений. На лесное хозяйство приходится 10,2% зарегистрированных преступлений, на сельское хозяйство — 9,3 %, в сфере услуг — 9,0 %. Нарушение требований охраны труда на транспорте или при производстве транспортных работ составляет 5,5 % от общего количества рассмотренных преступлений.

    21

    Изучение практики показало, что чаще всего допущенное нарушение требований охраны труда выражалось в отсутствии надлежащего технического руководства и надзора за безопасностью выполнения производственных работ (25,7 %, или 1/4 от всех случаев), допуске к работе не прошедшего инструктаж либо не обученного работника (10,7 % случаев).

    Отмечается сложный характер причинной связи по преступлениям, предусмотренным ст. 143 УК: 1) множественность причиняющих факторов; 2) различная причиняющая роль («каузальная сила») нарушений требований охраны труда (нарушения могут играть и главную, определяющую, и второстепенную роль в общей сумме детерминирующих факторов); 3) сложный, опосредованный характер причинной связи (она состоит не из одного, а из ряда внутренне обусловленных и взаимосвязанных звеньев, каждое из которых одинаково необходимо в причинно-следственной цепи явлений); 4) как правило, случайный характер преступных последствий по отношению к нарушению правил предосторожности; 5) часто наблюдающаяся неадекватность фактически наступивших последствий характеру нарушения требований охраны труда. Предложены квалификационные правила оценки причинной связи: правило временной асимметрии, учет которого исключает на начальном этапе ошибку при уголовно-правовой оценке причинной связи; применение метода conditio sine qua поп; установление отношения порождения (причина генетически обусловливает возникновение и существование следствия); оценка пространственной и временной непрерывности (или смежности) причинной связи, которая предполагает бинарную связь двух явлений: причины нарушения требований охраны труда и наступивших общественно опасных последствий.

    В третьем параграфе «Особенности субъективной стороны нарушения требований охраны труда» доказывается перспективность подхода о смешанной форме вины для целей дифференциации уголовной ответственности: само нарушение требований охраны труда может быть, как умышленным, так и неосторожным, как осознанным, так и неосознанным.

    22

    И это при очевидном выводе, что форма вины преступного нарушения правил охраны труда может быть только неосторожной. Отмечается неверность суждения некоторых авторов, что преступление, предусмотренное ст. 143 УК, может быть совершено в том числе и с косвенным умыслом.

    Преступное легкомыслие при нарушении правил охраны труда заключается в том, что виновное лицо, нарушая правила техники безопасности или иные правила охраны труда, предвидит (интеллектуальный элемент преступного легкомыслия) абстрактную возможность причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человеку, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает (волевой элемент) на предотвращение этих последствий. Предвидение абстрактной возможности означает, что лицо предполагает основные элементы причинной связи, но считает, что путь к развитию аварийной обстановки с неблагоприятными последствиями — это «не его случай», поскольку рассчитывает на действие конкретных факторов реальной ситуации, т. е. такое стечение обстоятельств, которое обычно, закономерно, в силу опытного знания способно исключить возможность наступления вреда. Однако лицо вследствие чересчур самоуверенного поведения, завышенной самооценки, пренебрежительного отношения к своим служебным обязанностям не прикладывает должные психические усилия, чтобы понять легкомысленность своего расчета, позволяющего развиться ситуации до трагедии. Выборочное исследование материалов правоприменительной практики показало, что чаще всего преступные нарушения требований охраны труда наступают из-за преступного легкомыслия субъекта.

    При преступной небрежности лицо, на котором лежали обязанности по организации или обеспечению соблюдения этих требований, не предвидит (интеллектуальный элемент преступной небрежности) возможности наступления тяжкого вреда здоровью или смерти человека от нарушения им правил техники безопасности и иных правил охраны труда, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно и могло

    23

    (волевой элемент небрежности) их предвидеть. Это своеобразный вид «узаконенного» объективного вменения, потребность в котором объясняется усложнением окружающей среды за счет расширения антропогенного мира с его источниками повышенной опасности. В этом новом мире к человеку предъявляются повышенные требования к тому, чтобы прилагать необходимые психические усилия для предвидения опасности своего неосмотрительного поведения.

    Негативным моментом, отрицательно характеризующим лицо, которое совершает по небрежности нарушение правил охраны труда, является то, что хотя лицо имеет реальную возможность по предвидению вреда, причиняемого его деянием, но при этом не проявляет должного волевого усилия по оценке ситуации (созданию опасных условий) и опасных последствий, к которым приводит его поведение. Объективным критерием преступной небрежности при нарушении правил охраны труда выступает то, что лицо в силу своего служебного положения и законно возложенной обязанности по соблюдению требований охраны труда должно было предвидеть наступление общественно опасных последствий. По этому положению предусматривается прямая зависимость предвидения опасных последствий лицом от его служебного положения, квалификации, профессиональных знаний, специализации, опыта. Субъективный критерий небрежности (мог предвидеть) состоит в наличии у виновного реальной возможности предвидеть общественно опасные последствия своего поведения с учетом индивидуальных качеств лица и характера конкретной обстановки при совершении преступления: 1) ситуация, в которой совершается деяние, должна создавать лицу объективную возможность предвидения последствий; 2) по своим индивидуальным качествам лицо должно иметь возможность правильно оценивать сложившуюся ситуацию и предвидеть последствия; 3) не должно иметься таких обстоятельств, относящихся к ситуации и личности, которые создавали бы невозможность предвидения общественно опасных последствий.

    24

    В четвертом параграфе «Особенности субъекта нарушения требований охраны труда» проведена классификация таких субъектов. По данным изучения материалов уголовных дел за период с 1976 по 1977 г. (Ю. Б. Мельникова и др.), самой многочисленной группой среди лиц, привлекаемых к ответственности за нарушение правил охраны труда, были те, кто занимал должности мастера и бригадира — 41 %. Почти в два раза реже, по нашим данным, совершали преступления лица, выполняющие аналогичные трудовые функции, в период с 1999 по 2015 г. — 23,0 % случаев. И это при сохранении тенденции к наибольшей среди всех представителей профессий доле виновных, занимающих должность мастера (19,6% случаев). Второй по численности группой согласно исследованиям 1976-1977 гг. были субъекты на должностях главного механика (механика), начальника цеха, прораба, их доля составляла 32,2%; в современный период произошло значительное падение (на 13,3%) общей доли представителей этих групп — 18,9 %. Директора производств, предприятий народного хозяйства в 1976-1977 гг. привлекались к ответственности по ст. 140 УК РСФСР крайне редко — лишь в 1 % случаев. Эти данные кардинально отличаются от современных. По нашим сведениям, за период с 1999 по 2015 г. группа привлекаемых к ответственности по ст. 143 УК специальных субъектов, которые занимали должности руководителя (директора, руководителя), была второй по численности. Удельный вес этой группы составлял 17,5 % от всех лиц, привлеченных к уголовной ответственности. Заместители руководителей аналогично редко привлекались к ответственности — 1,2% (исследование 1976-1977 гг.). По результатам исследования, проведенного нами, в этой группе сохранилась тенденция к росту (но уже с меньшей разницей) и ее размер составил 4,5 % от всех лиц. Характерно почти неизменное сохранение процентного соотношения лиц, занимающих должность главного (старшего) инженера — 7,8 % (исследование 1976-1977 гг.) против 8,3% (исследование 1999-2015 гг.). Следует отметить, что крайне редко на всем протяжении действия ст. 140 УК РСФСР и ст. 143 УК

    25

    к ответственности привлекались инженеры по охране труда — 0,4% (ст. 140 УК РСФСР) и 0,9% (ст. 143 УК). Довольно многочисленной — 16,4% от общего количества привлекаемых к ответственности по ст. 140 УК РСФСР — была группа лиц, состоявшая из техников, технологов, начальников отделений (исследование 1976-1977 гг.). Менее чем в два раза — 7,6 % лиц, занимающих эти должности, — привлекали к уголовной ответственности по ст. 143 УК, где, стоит отметить, львиную долю в общем количестве этой группы занимали лица, находившиеся на должностях начальников отделений, — 6,6 % (исследование 1999-2015 гг.). Вместе с тем стоит отметить, что в нашем исследовании в связи с изменением экономической модели в современный период появились новые субъекты. Ими выступили лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица. За период с 1999 по 2015 г. индивидуальные предприниматели были привлечены к уголовной ответственности в 4,3 % случаев. На первый взгляд, указанная цифра может показаться небольшой, но в сравнении с некоторыми инженерно-техническими специальностями это весьма существенный показатель. Так, для примера, технологи привлекались к ответственности лишь в 0,5 % случаев. Учитывая то, что индивидуальное предпринимательство по преимуществу не занимается промышленным производством, можно сделать вывод, согласно которому трудовая дисциплина и безопасные условия труда плохо соблюдаются субъектами данной деятельности.

    Рядовой работник, если он не уполномочен работодателем организовывать соблюдение требований охраны труда (а в обратном случае это уже не рядовой работник), не может признаваться субъектом преступления, предусмотренного ст. 143 УК. Как показало изучение материалов правоприменительной практики, 13,3 % от всех лиц, привлеченных к ответственности по ст. 143 УК, являлись рядовыми сотрудниками. Предлагается изменить законодательную регламентацию обязанностей лица по ст. 143 УК на основе терминологии, используемой в УК: Федеральным законом от 03.02.2014 № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по

    26

    вопросам обеспечения транспортной безопасности» состав преступления, предусмотренного ст. 263.1 УК, разделен на два вида — неисполнение требований по соблюдению транспортной безопасности (ч. 1) и неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности (ч. 2).

    Изучена личность совершившего преступное нарушение требований охраны труда. Это женатый (77,4 % от всех исследованных лиц), несудимый (97,6 %) мужчина (88,8 %) средних лет — от 25 до 60 (94,7 %), который имеет средне-специальное либо высшее образование (96,7 %) и может занимать любую должность в производственной иерархии.

    Пятый параграф посвящен выявлению признаков преступления, которые позволяют отграничить ст. 143 УК от смежных деяний.

    Отмечается, что необходимо разграничивать обоснованный риск и факты преступного нарушения требований охраны труда. При этом, во-первых, нужно признать, что не может быть превышения обоснованного риска, поскольку риск либо обоснован, а значит, это обстоятельство исключает преступность деяния, либо это необоснованный риск, что влечет уголовную ответственность на общих основаниях. Во-вторых, в соответствии с ч. 2 ст. 41 УК риск признается обоснованным, если достижение общественно полезной цели не могло быть достигнуто не связанными с риском действиями (бездействием) и лицо, допустившее риск, предприняло достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым уголовным законом интересам. Достаточность принятия мер в понимании правоприменителя, стремящегося к формализованным признакам, чаще и означает, что приняты такие меры, которые предотвратили причинение криминального вреда. В-третьих, законодательная конструкция обоснованного риска оперирует двумя оценочными признаками: 1) общественная полезность цели и 2) достаточность принятия мер для предотвращения вреда. В этом отношении риск является субъективно-объективной категорией, где сочетаются объективные требования соответствия уровню развития техники и технологии и субъективные возможности рискующего субъекта. Приведенные признаки.

    27

    как показывает проведенное исследование материалов судебно-следственной практики, понимаются неоднозначно, что парализует применение ст. 41 УК.

    При оценке нарушений требований охраны труда, повлекших указанные в ст. 143 УК общественно опасные последствия, в зависимости от служебного положения ответственных лиц, характера причиненного вреда содеянное может быть квалифицировано как совершение: должностного преступления, преступления против общественной безопасности, общеуголовного преступления против личности, иного преступления (например, транспортного преступления).

    Различие между ст. 293 и ст. 143 УК проводится по субъекту преступления и полномочиям этого субъекта, выраженным в деянии лица. Действия должностных лиц, виновных в несчастных случаях с людьми при производстве работ, для безопасного выполнения которых не установлены требования охраны труда, не могут быть квалифицированы по ст. 143 УК. Совершение одного и того же деяния должностным лицом исключает возможность квалификации преступления по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 143 и 293 УК. Эти же правила квалификации учитываются при отграничении преступного нарушения требований охраны труда от иных должностных преступлений.

    Видовым объектом преступлений против общественной (общей) безопасности выступает общественная безопасность в ее узком понимании — состояние защищенности неопределенно широкого круга лиц и основных социальных благ общества от угроз, исходящих от источников повышенной опасности, когда потерпевшим может оказать любой из этого неперсонифицированного круга лиц, а также поддержание такого уровня защищенности, который является достаточным для функционирования общества. Потерпевшим по ст. 215, 216, 217, 217.1, 219 УК может выступить любой человек, а не только работник, связанный трудовыми отношениями с организацией, как это подразумевается в ст. 143 УК. В части уголовно-правовой характеристики общественно опасного деяния нарушение требований

    28

    охраны труда можно рассматривать как общую норму, а преступления против общественной (общей) безопасности, соответственно, как специальные нормы. При конкуренции этих норм окончательная квалификация проводится по специальной норме. Требования охраны труда, нарушение которых образует основание уголовной ответственности по ст. 143 УК, носят общий характер, в то время как при совершении преступлений второй группы допускаются нарушения при осуществлении специфических видов работ или специальных правил безопасности.

    Если нарушение правил и норм охраны труда допущено работником, не являющимся лицом, указанным в ст. 143 УК, и повлекло последствия, перечисленные в этой статье, содеянное должно рассматриваться как преступление против личности независимо от того, имеет ли потерпевший отношение к данному производству или нет, и, соответственно, подлежит квалификации по ст. 118 или 109 УК. Если наступление общественно опасных последствий охватывалось сознанием виновного и лицо желало наступления преступного результата в виде причинения тяжкого вреда здоровью или смерти либо сознательно допускало такие последствия или безразлично к ним относилось, то содеянное оценивается как умышленное преступление (соответственно, по ст. 111, 105 УК).

    Третья глава «Вопросы наказуемости и избрания иных мер уголовно-правового характера за нарушение требований охраны труда» состоит из двух параграфов, в которых проведено изучение вопросов уголовно-правовых последствий совершенного преступления, предусмотренного ст. 143 УК.

    В первом параграфе «Особенности наказуемости за нарушение требований охраны труда» рассматриваются вопросы применения санкций ст. 143 УК.

    Реальное лишение свободы применялось крайне редко по изученной категории дел. Судами лишение свободы в качестве единственного наказания было назначено в 1,5 % от всех приговоров. Аналогичная ситуация при применении кумулятивной санкции, когда реальное лишение свободы

    29

    назначалось с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью — в 2,1 % от всех приговоров за период с 1999 по 2015 г.

    Лишение свободы как единственная мера наказания с применением ст. 73 УК избиралось в 54,1 % случаев; лишение свободы условно с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью было зафиксировано в 10,8 % от всех приговоров.

    Таким образом, лишение свободы условно (с применением положений ст. 73 УК) — самый распространенный и широко применяемый судами общей юрисдикции «вид» наказания. По результатам проведенного исследования, данный вид наказания применялся в 64,9 % случаев.

    Вторым по степени распространенности видом наказания из числа избираемых судом за преступное нарушение требований охраны труда является штраф. За изученный нами период он был назначен в 10,8 % случаев. Крайне редким было вынесение обвинительного приговора с назначением наказания в виде обязательных работ. По нашим данным, оно не назначалось условно, а реальное назначение было лишь в 0,8 % случаев. Исправительные работы назначались в относительно равных пропорциях как условно (с применением ст. 73 УК), так и с реальным отбытием. За указанный нами период исправительные работы назначались лицам в 6,9 % случаев с реальным отбыванием назначенного наказания и в 5,4 % случаев — с признанием считать наказание условным с испытательным сроком. Приведенный анализ судебной практики показал, что наказание в виде принудительных работ судами не применяется.

    При изучении практики вынесения приговоров по ст. 143 УК нами были отмечены случаи вынесения судами обвинительных приговоров без назначения наказания (0,5 % случаев), амнистия применена в 3,6 % случаев.

    Оправдательные приговоры были крайне редки и выносились только по одному основанию — за отсутствием в деянии подсудимого состава преступления (3,6 % рассмотренных приговоров).

    30

    Выявлены изменения правоприменительной практики в период с 2014 по 2015 г. Во-первых, наблюдается сокращение количества лиц, привлекаемых к ответственности по ч. 1 ст. 143 УК. Так, если в изучаемой нами практике за период с 1999 по 2014 г. удельный вес лиц, привлеченных по ч. 1 ст. 143 УК, был равен 59,9 % (более половины от общего числа уголовных дел), то в период с 2014 по 2015 г. этот коэффициент составил 3,1 %. Подавляющее число уголовных дел (95,3 %) в период с 2014 по 2015 г. было возбуждено по ч. 2 ст. 143 УК. Для сравнения, в период с 1999 по 2014 г. процентный показатель от общего числа уголовных дел по этой части ст. 143 УК был равен 40,1 %. По нашему мнению, это связано с декриминализацией причинения по неосторожности средней степени тяжести вреда здоровью (еще в 2003 г.) и общей тенденцией правоприменительной практики к экономии мер судебной репрессии в современный период. Во-вторых, наблюдается увеличение практически в два раза количества назначений реального лишения свободы. Предлагается санкцию ч. 1 ст. 143 УК дополнить таким видом наказания, как ограничение свободы.

    Во втором параграфе «Избрание иных мер уголовно-правового характера за нарушение требований охраны труда» отмечается, что институт освобождения от уголовной ответственности как альтернатива наказанию используется весьма широко. Наиболее часто применялись следующие виды освобождения от уголовной ответственности (ранжированы по частоте использования — от большего к меньшему): на основании ст. 76, 75, 77, 84 УК.

    Подвергнуто критике утверждение, что освобождение от уголовной ответственности — это право практического работника, поскольку речь должна идти о другом — о наделении правоприменителя полномочием (совокупностью прав и обязанностей) выступать от имени государства. Из этого вывода следует, что правоприменитель может оценивать любую ситуацию, где есть потерпевший, на предмет реального восстановления подозреваемым или обвиняемым нарушенных прав, а значит, и возможности достижения

    31

    определенного компромисса (прощения) с прекращением уголовного дела в связи с примирением потерпевшего с лицом, совершившим преступление.

    Выявлено, что наиболее распространенный вид освобождения от наказания по ст. 143 УК — в связи с изменением обстановки (ст. 80.1 УК). Как показали изученные материалы, пик применения данного вида освобождения от наказания приходится на период, непосредственно следующий за принятием и вступлением в силу Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации». Помимо этого, названный Закон изменил диспозицию ст. 143 УК, произведя декриминализацию. В итоге суды руководствовались положением об обратной силе уголовного закона, однако зачастую вместо реабилитации, прекращая уголовное дело по нереабилитирующему основанию. Амнистия как основание освобождения от наказания было достаточно широко применимо с 1999 по 2015 г. по делам о преступных нарушениях требований охраны труда.

    В заключении представлены общие выводы, сформулированы наиболее значимые предложения по совершенствованию уголовного законодательства в сфере уголовно-правовой охраны конституционного права граждан на труд в условиях безопасности и гигиены.

    В приложениях в форме аналитической справки и в табличной форме представлены данные об исследовании правоприменительной практики по ст. 143 УК за период с 1999 по 2015 г.

    По теме диссертации автором опубликованы следующие работы:

    Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, указанных в перечне ВАК при Минобрнауки России

    1. Хилтунов, Н.Н. Вопросы квалификации уголовно наказуемых нарушений правил охраны труда / Н. Н. Хилтунов // Евразийский юридический журнал. — 2013. — № 11. — С. 111-114. — 0,5 п. л.

    32

    2. Хилтунов, Н.Н. О необходимости внесения изменений в ст. 143 Уголовного кодекса Российской Федерации / Н. Н. Хилтунов // Образование. Наука. Научные кадры. — 2013. — № 8. — С. 95-96. — 0,3 п. л.

    3. Хилтунов, Н.Н. Разграничение уголовно наказуемого нарушения правил охраны труда со смежными составами преступлений / Н. Н. Хилтунов // Евразийский юридический журнал. — 2013. — № 8. — С. 130-132. — 0,3 п. л.

    4. Соктоев, З.Б. Хилтунов, Н.Н. Причинная связь в преступных нарушениях правил охраны труда / З. Б. Соктоев, Н. Н. Хилтунов // Вестник Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации. — 2012. — № 1. — С. 56-62. — 0,5 п. л.

    Монографии

    5. Хилтунов, Н.Н. Уголовная ответственность за нарушение требований охраны труда : монография / Н. Н. Хилтунов ; под ред. З. Б. Соктоева. — М. : ЮНИТИ-ДАНА : Закон и право, 2015. — (Сер. «Научные издания для юристов»). — 159 с. — 10 п. л.

    Иные публикации

    6. Хилтунов, Н.Н. Механизмы обеспечения трудовых прав граждан / Н. Н. Хилтунов // Правовая Россия: Теория и практика : сб. материалов III Всерос. науч.-практ. конф. (15 июля 2011 г., Йошкар-Ола). — Йошкар-Ола : Коллоквиум, 2011. — С. 33-39. — 0,4 п. л.

    7. Хилтунов, Н.Н. Реальные трудовые отношения при признании лица потерпевшим по ст. 143 УК РФ / Н. Н. Хилтунов // Материалы II Междунар. науч.-практ. конф. «Закон и порядок» (30 мая 2011 г., Москва) : сб. науч. тр. — М. : Перо, 2011. — С. 121-125. — 0,2 п. л.

    8. Хилтунов, Н.Н. Особенности основания освобождения от уголовной ответственности и от наказания за преступное нарушение правил охраны труда / Н. Н. Хилтунов // Материалы VIII Междунар. науч.-практ. конф. «Наука в современном мире» (25 ноября 2011 г., Москва) : сб. науч. тр. — М. : Перо, 2011. — С. 433-436. — 0,2 п. л.

    33

    9. Хилтунов, Н.Н. Некоторые вопросы уголовной ответственности за преступные нарушения правил охраны труда / Н. Н. Хилтунов // Актуальные проблемы юридической науки и практики: взгляд молодых ученых (28 июня 2013 г., Москва): сб. ст. по материалам Пятой науч.-практ. конф. молодых ученых Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, посвященной 20-летию принятия Конституции Российской Федерации. — М., 2013. — С. 161-165. — 0,2 п. л.

    Общий объем публикаций составляет 12,6 п.л.



    [1] См.: О состоянии охраны труда в РФ по состоянию на август 2015 года (из материалов к заседанию Правительства РФ 4 августа 2015 года) // Правительство Российской Федерации сайт. URL: http://government.ru/info/19148/ (дата обращения: 05.08.2015).

    [2] См.: Абрамов Н. Переход к специальной оценке условий труда // Охрана труда и социальное страхование. 2013. № 12. С. 5-12. Отметим, что согласно методике МОТ, принятой для стран Европы, в среднем на один случай гибели на производстве приходится в пределах 500-2 000 менее тяжелых травм.

Информация обновлена:20.06.2016


Сопутствующие материалы:
  | Защита диссертаций 
 

Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст книги, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Rambler's Top100 Яндекс цитирования

Редакция портала: info@law.edu.ru
Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru