Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все книги/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Позитивное право :

АР
В121 Вавилова, А. А. (Анна Александровна).
Позитивное право :Информационный аспект : Автореферат
диссертации на соискание ученой степени кандидата
юридических наук. Специальность 12.00.01 - Теория и история
права и государства ; История учений о праве и государстве
/А. А. Вавилова ; Науч. рук. М. Н. Марченко. -М.,2008. -30
с.-Библиогр. : с. 28 - 30.11. ссылок
Материал(ы):
  • Позитивное право :Информационный аспект.
    Вавилова, А. А.

    Вавилова, А. А.

    Позитивное право :Информационный аспект : Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук.

    3

    I. Общая характеристика диссертационной работы

    Актуальность исследования. В настоящее время одной из острых проблем общественного развития является так называемый «информационный кризис» - объективное противоречие между резким ростом количества новой информации и ограниченными возможностями человека к ее восприятию. Растет значимость информации в процессе функционирования общества, способность ориентироваться в информационном потоке играет все большую роль в определении социального статуса, материального положения человека.

    Указанные тенденции можно проследить и в области права. Давно критикуется рост объема, количества, скорости изменения, усложнение содержания нормативных правовых актов, однако в настоящее время данные процессы получили угрожающее развитие, ведут речь об «инфляции права», о невозможности даже для юриста отслеживать важную информацию за рамками узкой специализации. Предлагаются самые разные решения данной проблемы - от совершенствования правотворческой техники, языка нормативных правовых актов, до предложений законодательно ограничить возможности по пересмотру и изменению нормативных актов, разработок в области баз данных правовой информации. Ситуация осложняется относительно малой на общем фоне доступностью информации о правоприменительной практике, докгринальном толковании.

    В области права такое положение вещей должно вызывать большую озабоченность, чем в других областях, поскольку правовые нормы являются общеобязательными, презюмируется знание гражданами правовых положений в сферах своей деятельности (которое в настоящее время практически превратилось в фикцию). Проблема доступа к информации о своих правах и обязанностях, на наш взгляд, затрагивает основы взаимоотношений гражданина и государства и построения правового государства. Актуальность проблемы подтверждается и на практике возрастающим спросом на правовую информацию.

    Представление массива нормативных правовых актов в форме электронных баз данных, создание систем принятия юридических решений, обучающих систем, специфических программ для использования в процессе реализации права, развитие глобальных и локальных компьютерных сетей и

    4

    иных информационных технологий предоставляют такие возможности по анализу и поиску нормативных правовых актов, свободному доступу к документам, обмену документами, иному информационному обеспечению процесса правого регулирования, которые были недоступны ранее, вносят свои коррективы в процессы разработки, подготовки, поиска и реализации нормативных правовых актов. Этот факт нашел отражение в научных и прикладных работах, посвященных использованию отдельных информационных технологий и программных продуктов в юриспруденции, методик обучения работе с ними.

    В ряде работ рассматриваются и теоретические вопросы информации в ее связи с правом. Однако представляется, что на теоретическом уровне исследований, посвященных вопросам информации и информационных технологий в праве, недостаточно. Учитывая темпы и массовость распространения информационных технологий, бурное развитие таких дисциплин, как теория информации, кибернетика, семиотика, представляется необходимым комплексное осмысление информационных аспектов права, а также новых возможностей и новых знаний с позиций юриспруденции.

    Степень научной разработанности проблемы. Проблемы теории информации широко изучались и обсуждались как отечественными, так и зарубежными исследователями.

    Представляется, что наиболее важными для понимания вопросов, изучаемых в рамках теории и философии информации, являются работы Г.Ф. Афанасьева, И.И. Берга, М.М. Бонгарда, Л. Бриллюэна Л., Н. Винера, Е.К. Войшвилло, И.И. Гришкина, А.А. Денисова, Г. Кастлера, А.Н. Колмогорова, В.И. Корогодина, И.В. Мелик-Гайказян, И.А. Полетаева, Р.Л. Стратоновича, А.Д. Урсула, А.А. Харкевича, Р. Хартли, Д.С. Чернавского, Ю.И. Черняк, К. Шеннона, А.В. Шилейко, Ю.А. Шрейдера и других.

    Информационный аспект позитивного права освещался в работах исследователей в рамках теории права. При этом всплеск интереса к данной проблематике пришелся на семидесятые - восьмидесятые годы прошлого века, также можно отметить многочисленные исследования, появившиеся в течение последнего десятилетия. Наибольший интерес с точки зрения темы настоящей работы составляют работы Е.Н. Балашовой, В.М. Боера, С.В. Бутузова, А.Б. Венгерова, В.И. Гоймана, Ю.С. Ващенко, М.Н. Козюка, И.А. Исаева, Е.Б.

    5

    Клейн, В.П. Казимирчука, В.Э. Краснянского, Д.А. Керимова, И.И. Комарова, Ю.В. Кудрявцева, А.В. Малько, А. В. Минбалеева, П. Пименова, С.С. Пискуновой, А.В. Полякова, М.М. Рассолова, Н.Я. Соколова, А.С. Солдатова, В.М. Сырых, Ю.А. Тихомирова, Е.В Толстошеева, В.И. Хабалова, P.O. Халфиной, А.Ф. Черданцева, А.В. Червяковского и других.

    Для изучения языкового аспекта выражения правовой информации большой интерес представляют работы, посвященные изучению языка права, в частности, работы Н.А. Власенко, И.Н. Грязина, Т.В. Губаевой, И.Н. Жинкиной, Н.А. Калининой, М.А. Костенко, А. С. Пиголкина, Г.С. Прокофьева, А.А. Ушакова, И.Н. Хабибулиной и других исследователей.

    Интересны также работы зарубежных исследователей в рамках данной тематики. В частности, работы таких исследователей, как P. Atiach, J. Bing, J. Broekman, J. Breuker, C. Campbell, С Ciampi, R. Ericson, W. Escridge, J. Evans, A. Gardner, E. Giarmantonio, P. Goodrich, С Gratters, M. Heather, J. Hook, M. Katsh, A. Kavanagh, A. Koers, D. Kracht, D. MacCormic, A. Martino, P. Maxwell, D. Nelken, D. Patterson, K. Raes, S. Sarcevic, G. Sartor, F. Schauer, P. Schlag, M. Smith, J. Smits, A. Soeteman, L. Solan, R. Summers, R. Susskind, R. Tsai, Ch. Walter, P. Wahlgren, M. Weusten, S. Williams и иных.

    Более полному пониманию проблем в данной области также способствуют работы по вопросам правотворчества, законодательной техники, теории источников права, системности в праве, коллизионного права, исследования, посвященные вопросам правоприменения, толкования, конкретизации, пробелов в законе, правовой информированности и т.п. Соотносятся с темой работы и представляют интерес также исследования в области лингвистики, семиотики, логики, кибернетики, иных наук.

    Представляется, что, несмотря на наличие большого числа интересных и значимых работ по вопросам взаимосвязи информации и права, ряд вопросов в данной области все еще требует исследования.

    Объектом данного исследования является система общеобязательных социальных норм, установленных или санкционированных государством и обеспечиваемых силой его принуждения, в Российской Федерации, в первую очередь выраженных в нормативных правовых актах, с учетом системной взаимосвязи и истории развития отдельных норм, институтов; процессы создания и реализации указанных норм.

    6

    Предметом данного исследования является информационный аспект системы общеобязательных социальных норм, установленных или санкционированных государством и обеспечиваемых силой его принуждения, в Российской Федерации, в первую очередь системы нормативных актов; процессов правотворчества и правоприменения в рамках теории права. Представляется обоснованным при исследовании информационного аспекта указанной системы именовать данную систему позитивным правом.

    Отдельные виды информации, информационных отношений выступают как объект правового регулирования (обеспечение информационной безопасности, информации с ограниченным доступом и т.п.). Естественный язык также выступает объектом правового регулирования (язык судопроизводства, статус государственного языка, языков народов Российской Федерации и т.п.). Указанное правовое регулирование и его проблемы не включаются в предмет настоящего исследования.

    Целью исследования является анализ ряда теоретических положений о позитивном праве в информационном аспекте, о процессах правотворчества и правоприменения как информационных процессах, выработка ряда практических рекомендаций по оптимизации указанных процессов.

    Основными задачами исследования являются:

    аналитический обзор существующих научных представлений об информации с точки зрения их применимости в юриспруденции;

    анализ информационного аспекта системы общеобязательных социальных норм, установленных или санкционированных государством и обеспечиваемых силой его принуждения (позитивного права), в первую очередь, учитывая специфику системы источников права (в формальном смысле) в Российской Федерации, норм, выраженных в нормативных правовых актах;

    анализ правотворчества и правоприменения как информационных процессов создания, обработки, использования информации;

    выявление и анализ особенностей информационных процессов в позитивном праве, обусловленных использованием естественного языка в качестве средства формулирования и передачи информации;

    анализ правотворческой техники с точки зрения достижения требуемого уровня определенности и непротиворечивости положений нормативных

    7

    правовых актов;

    анализ процесса правоприменения с точки зрения преодоления неопределенности, противоречивости, пробельности положений нормативных правовых актов, а также значения правоприменения для правотворчества;

    характеристика возможных способов использования достижений научно-технического прогресса в области информационных технологий для совершенствования процессов правотворчества и правоприменения:

    определение влияния, которое оказывается происходящими в сфере позитивного права процессами на уровень информированное™ граждан о содержании их прав и обязанностей, а также выявление возможностей, предоставляемых развитием современных технических средств, для повышения правовой информированности граждан.

    Методологической основой исследования являются основные общенаучные методы, в частности, метод системного анализа, исторический и статистический методы, метод сравнений и аналогий, методы обобщения, синтеза, индукции и дедукции. Кроме того, использовались также частнонаучные методы в области юриспруденции, такие как нормативно-логический, сравнительно-правовой, историко-правовой и другие.

    Теоретическую основу исследования составляют работы вышеперечисленных отечественных и зарубежных ученых и практиков, монографии, научные статьи, материалы научно-практических конференций, круглых столов, публикации в сети Интернет.

    Эмпирическую основу работы составляют нормативные правовые акты, правоприменительные акты различной отраслевой принадлежности, позволяющие провести анализ информационного аспекта позитивного права, опыт работы автора данного исследования в области практического разрешения вопросов гражданского, трудового, налогового, административного, иных отраслей права.

    Научная новизна и практическая значимость диссертационной работы определяется поставленными выше целями и задачами исследования и заключается в следующем:

    в обосновании некоторых новых выводов в рамках комплексного изучения информационного аспекта позитивного права, процессов правотворчества и правоприменения, языка права, возможностей применения

    8

    информационных технологий в процессе правового регулирования, выработке отдельных предложений по совершенствованию правотворческой техники, обеспечению доступности нормативных правовых актов для граждан в условиях современного объема и скорости изменений нормативных правовых актов, в том числе совершенствования применения информационных технологий в процессе создания, применения, поиска норм.

    Положения диссертационного исследования могут быть использованы в процессе преподавания теории права.

    Положения, выносимые на защиту:

    1.     Под правовой информацией предлагается понимать вид социальной информации, циркулирующей в правовой системе общества, включая сферы правосознания и правоприменения. Основной классификацией правовой информации предлагается считать ее разделение на 1) информацию обязательного характера, в том числе нормативную правовую информацию (информацию, заключенную в нормах права) и индивидуальную (ненормативную) правовую информацию, и 2) информацию, свойством обязательности не обладающую (информацию пояснительного, фактического характера).

    2.     В процессе правоприменения складывается понимание норм права, дополняющее, корректирующее исходящую от правотворческого органа нормативную правовую информацию. В случае, если сложившееся в системе правоприменения понимание нормы права будет единым, фактически оно включается в структуру содержания общеобязательного правила поведения (нормы права), несмотря на формальное отсутствие у правоприменительных органов правотворческих полномочий.

    3.     От имени юридических лиц может исходить правовая информация, фактически имеющая нормативный характер. Принятие таких норм санкционируется законодательством и обеспечивается силой государственного принуждения. Подобная правовая информация имеет характеристики и значимость, сходные с характеристиками и значимостью нормативной правовой информации, исходящей от имени государства и муниципальных образований.

    4.     Форма выражения содержания нормы права в силу своей природы не может быть достаточно определенной, чтобы во всех ситуациях было возможно

    9

    однозначное решение вопроса о значении и применимости нормы. В связи с использованием естественного языка как средства выражения содержания нормы права, а также с тем, что при формулировании нормы происходит абстрагирование от конкретных юридических фактов и правоотношений, невозможна формализация содержания нормы права, гарантирующая точное решение вопроса о применимости нормы в любой возможной ситуации. Правотворческим органом должна решаться не задача выражения нормы права максимально определенным образом, а задача выбора оптимального уровня определенности выражения нормы.

    5.         Основным средством выражения содержания позитивного права является естественный язык, в связи с чем законы языка оказывают непосредственное влияние на правовое регулирование. Язык нормативных правовых актов адаптируется к потребностям точного и ясного изложения правовой информации и приобретает особенности, существенным образом отличающие его от естественного языка.

    6.         Возможность ознакомления гражданина с позитивным правом, устанавливающим его права и обязанности, является фундаментальным правом гражданина, вытекающим из Конституции Российской Федерации. В условиях современного усложнения системы нормативных правовых актов, а также резкого увеличения их числа, скорости изменений существующая система официальной публикации не может рассматриваться как гарантирующая гражданам возможность ознакомиться с содержанием своих прав и обязанностей. Необходимо обеспечение свободного доступа граждан к электронным базам правовой информации с возможностью поиска нормативных правовых актов но заданным критериям.

    7.         Представляется целесообразным введение в новые федеральные государственные образовательные стандарты в качестве обязательного требования к результатам освоения основных образовательных программ общего и профессионального образования требований к умениям осуществлять поиск релевантных ситуации нормативных правовых актов, правильно уяснять значение и смысл текста нормативного правового акта, знать основные принципы разрешения противоречий между нормативными правовыми актами.

    8.         Ряд достижений теории информации, лингвистики, семиотики, деонтической логики, определенные информационные технологии могут быть

    10

    успешно применены в правоведении в целях совершенствования процессов правотворчества и правоприменения при условии учета специфики позитивного права при решении вопроса о пределах их использования.

    В частности, современный уровень развития информационных технологий, а также возможности организации доступа граждан к сети Интернет позволяют осуществить создание системы электронной публикации нормативных правовых актов, функционирование которой дополнительно к традиционной системе публикации способно увеличить доступность нормативных правовых актов для граждан, а также способствовать реализации ряда принципиально новых возможностей по ознакомлению с правовой информацией.

    Исследование семантического расстояния между значениями правовых терминов и их коррелятами в естественном языке, иные направленные на сравнительное исследование языка права и естественного языка лингвистические методы могут быть использованы в целях увеличения доступности нормативных правовых актов для понимания гражданами.

    Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертации были опубликованы в ряде статей автора, представлены на международных и всероссийских научно-практических конференциях, одобрены на заседаниях кафедры теории государства и права и политологии юридического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, а также использовались автором в ходе преподавательской работы в Академии повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования.

    Структура работы обусловлена целью и задачами исследования и состоит из введения, трех глав, включающих девять параграфов, заключения, списка использованной литературы, нормативных актов и судебной практики.

    11

    II. Основное содержание диссертационной работы

    Во введении автором обосновывается актуальность и выявляется степень научной разработанности темы исследования, определяются объект, предмет, цели и задачи исследования, методологическая, теоретическая, эмпирическая основы исследования, обосновывается научная новизна и практическая значимость работы и формулируются положения, выносимые на защиту.

    В первой главе - «Позитивное право в информационном аспекте» -рассматривается основополагающее для диссертационного исследования понятие «информация», раскрывается его соотношение с понятием позитивного права, проводится анализ основных научных выводов об информационном аспекте позитивного права, формулируется используемое в рамках данного исследования понятие правовой информации, анализируются предложенные классификации правовой информации, рассматриваются соотношение процессов генерации и рецепции информации в ходе правотворчества и реализации права, свойства естественного языка как основного средства выражения нормативной правовой информации.

    В первом параграфе главы - «Понятие информации» - проводится анализ основных подходов к определению указанного понятия, рассматривается соотношение понятий «информации» и «знания», излагается ряд частных научных теорий и выводов в области семантики и прагматики информации, которые, на взгляд автора, могли бы быть применимы в юриспруденции. По мнению автора, для целей исследования наиболее обоснованным будет понимание информации как существующих в рамках самоуправляемой системы и передаваемых по каналам прямой и обратной связи (а также сохраняемых, накапливаемых, перерабатываемых и т.п.) сигналов, в закодированном виде отражающих состояние окружающей среды, системы, элементов системы (и тем самым уменьшающих неопределенность), вызывающих реакцию элементов системы на указанное состояние среды, системы, элементов системы, то есть иную, чем реакция только на физическую форму данных сигналов, с целью достижения определенных целей (сохранения системы, адаптации к ее к среде).

    Второй параграф главы 1 «Соотношение понятий «позитивное право» и «информация» в правоведении» - посвящен анализу

    12

    информационного аспекта позитивного права. Автор приводит воззрения исследователей на информационный аспект позитивного права, и присоединяется к мнению об информационном характере права как средства социального регулирования.

    В обществе как самоуправляемой системе функции основного управляющего субъекта осуществляет в настоящее время в большинстве стран государство (в лице уполномоченных органов). В информационном аспекте позитивное право в правовом государстве выступает как основное средство доведения до граждан, общества информации о предписываемом и запрещаемом государством (под страхом ответственности, негативных последствий) поведении и информации о возможной реакции государственных органов в случае, если предписание не будет исполнено, запрет не будет соблюден (санкция нормы).

    Рассматриваются основные подходы к определению правовой информации и предлагается понимать ее как вид социальной информации, циркулирующей в правовой системе общества, а в рамках правовой информации в качестве ее вида выделить информацию, содержащуюся в нормах права - нормативную правовую информацию. Автор признает малую информативную ценность предлагаемого широкого определения правовой информации. Однако представляется, что правовая информация многообразна, отдельные ее виды коренным образом отличаются друг от друга по своей обязательности, формам выражения, процедурам формулирования, требованиям к работе с данной информацией и т.п. Отразить видовые свойства возможно в рамках описания отдельных видов правовой информации.

    Отмечается невозможность рассматривать правовую информацию как совокупность не связанных друг с другом данных. Система правовой информации обусловлена природой видов правовой информации и их функциональным назначением в процессе правового регулирования. Автор полагает, что систему правовой информации можно рассматривать как информационный аспект правовой системы.

    Именно сложность системы правовой информации, на взгляд автора, обусловливает множественность классификаций информации в праве. Приводятся возможные основания классификации правовой информации. Автор полагает важным классифицировать ее в зависимости от возможностей

    13

    управляемого субъекта по ее использованию, разграничивая информацию, обязательную для управляемого субъекта и информацию, свойством обязательности не обладающую. Обязательная информация определяется как обязательное для конкретного лица либо общеобязательное управляющее воздействие, несоблюдение требований которого может повлечь негативные последствия (применение санкции, невозможность реализации права), возможность следования требованиям которого обеспечивается (воспрепятствование со стороны третьих лиц может быть пресечено). Обязательная информация в свою очередь может быть разделена на общеобязательную, заключенную в нормах права, и индивидуальную, заключенную в правоприменительных решениях.

    В рамках анализа нормативной правовой информации автор отмечает, что правовая информация, схожая с ней по своей значимости и характеристикам, может исходить не только от лица государственных и муниципальных органов, но и от имени юридических лиц. Описываются возможные формы выражения подобной правовой информации, рассматриваются ее характеристики.

    В рамках анализа информации, не обладающей свойством обязательности, автор выделяет различные ее виды с использованием функциональных и содержательных критериев.

    Свойства нормативной правовой информации предлагается разделять на две группы - вытекающие из свойств, присущих позитивному праву (обусловленные нормативно-правовым характером информации), и присущие любой информации. Анализируется такое свойство, как истинность нормативной правовой информации. Автор полагает, что важное методологическое значение имеет выделение в нормативной правовой информации двух различных сторон содержания нормы в зависимости от того, относится ли данная информация к сущему или к должному. Право отражает информацию об окружающем мире и основывается на ней, несет в себе большое количество информации об окружающей действительности и в этом аспекте можно говорить об истинности или ложности нормативной правовой информации. В случае, если в праве закреплено такое представление о действительности, которое ей не соответствует, данная информация не будет истинной. Природа позитивного права выражается скорее в информации другого рода, в информации управляющей, относительно независимой от

    14

    опоры на реальные факты, предписывающей должное состояние вещей. Данный аспект информации не может характеризоваться как истинный или ложный, характеристики могут даваться лишь с позиций справедливости, эффективности, достижимости, то есть могут быть только оценочными.

    Третий параграф первой главы называется «Проблемы соотношения процессов создания и реализации нормативной правовой информации». Автор полагает, что схематичное описание «правотворческий орган рецепирует информацию о социальной действительности, создает нормативную информацию, передает ее правоприменительным органам и обществу (посредством официальной публикации), которые ее рецепируют - реализуют (применяют, соблюдают, используют, исполняют)» не в полной мере описывает происходящие процессы.

    В процессе правотворчества сочетаются генерация новой информации, рецепция и обработка существующей. Реализация права также рассматривается как деятельность, сочетающая рецепцию и генерацию информации. Квалификация конкретной ситуации с правовой точки зрения - творческий процесс, в ходе которого генерируется информация о значимых с правовой точки зрения обстоятельствах и соотнесенности их с нормами права; в процессе правоприменения возникает ценная для совершенствования нормативных правовых актов информация. Однако это не единственные аргументы.

    По мнению автора, в процессе правоприменения создается информация, которая фактически является нормативной, несмотря на то, что официально в Российской Федерации правотворческих полномочий за правоприменительными органами не признается. Отмечается, что при формулировании нормы права какие-то характеристики могут быть намеренно опущены, описаны неопределенным образом, что дает возможность правоприменителю, субъекту, использующему (исполняющему,

    соблюдающему) правило «доопределить» содержание нормы в условиях конкретных правоотношений. Правоприменитель вынужденно обращается к своей воле в случае коллизии и отсутствия правил ее разрешения, неясности нормы права в аспекте обстоятельств дела, пробельное правового регулирования. Ставится вопрос, существует ли нормативная правовая информация (правило или часть правила), если правотворческий орган не выразил свою волю (сознательно передал право применять правило по

    15

    собственному усмотрению, либо допустил неясность, несогласованность, пробельность регулирования). Воля правоприменителя не формирует общеобязательного правила, он решает конкретный спор, выражает свое мнение по конкретному делу. Однако в случае, если подобные решения становятся единообразными и общепринятыми, по мнению автора, можно говорить о формировании новой нормативной правовой информации.

    Автор полагает, что содержание нормы права при своем оформлении, выражении в источниках права предстает не как некое единое, отдельное, точно определенное явление, а как сложная структура. В эту структуру фактически входит и понимание, сложившееся в правоприменительной практике, на этапе стабилизации практики на уровне высших судебных инстанций. Возможность пересмотра судебными органами своего понимания не влияет на фактическую нормативность данного понимания (как возможность изменения нормативного правового акта не влияет на его нормативность). Информация о понимании акта высшими судебными органами обретает такую же ценность, как и нормативная информация, заложенная в тексте нормативного правового акта, в силу положения, которое занимают судебные органы в системе государства, а также в силу устройства судебной системы. На этапе стабилизации практики правоприменения вероятность того, что текст правового акта будет понят и применен в ином значении, крайне мала, таким образом, государственным принуждением начинает обеспечиваться правило поведения не только в том значении, в котором оно сформулировано правотворческим органом, но и в том значении, в котором оно было понято практикой (даже если это понимание не вытекает из текста нормативного акта с очевидностью).

    Четвертый параграф главы 1 - «Язык как знаковая система выражения нормативной правовой информации» - посвящен описанию такого средства выражения нормативной правовой информации, как естественный язык. При определении естественного языка предлагается использовать семиотический подход к языку как к конвенциональной знаковой системе.

    Рассматривая языковые и неязыковые формы выражения правовой информации, автор делает вывод о том, что неязыковые средства вторичны и чаще всего получают правовое значение лишь в силу описания нормативной правовой информации на естественном языке. Из тесной связи права с языком следует, что законы языка как знаковой системы неизбежно влияют на

    16

    содержание и понимание права, должны учитываться и изучаться правоведами.

    Отмечается онтологическая связь права и языка, словесно-знаковая природа права. Язык рассматривается как основное средство выражения и передачи нормативной правовой информации. Проблема соотношения намерения правотворческого органа, выразившегося в тексте нормативного акта, и текста нормативного акта переформулируется как проблема наличия значения у самого текста либо же смысла, вкладываемого в текст его автором.

    Автором рассматриваются проблемы объективного и субъективного значения текста. Текст нормативного правового акта рассматривается как единственное объективное, стабильное выражение воли правотворческого органа. Однако тексту не придается значение некоей системы, которая значима сама по себе, независимо от того, какое намерение вкладывал в текст его автор. Понимание текста является пониманием намерений его автора, и если после ознакомления с тестом возникают проблемы понимания, устанавливать, что же намеревался сказать автор текста, приходится из иных источников. Текст нормативного правового акта должен рассматриваться в качестве приоритетного, но не единственного способа установления воли правотворческого органа. Предлагается презюмировать, что официальный текст выражает волю правотворческого органа (форма и содержание предписания соответствуют друг другу). Если иное очевидно следует из текста, правоприменитель вынужден обратиться к поиску содержания нормы из других источников (пренебречь буквальным толкованием).

    В параграфе рассматриваются основные характеристики языка, их значение для нормативной правовой информации, в первую очередь полисемичность (многозначность) языкового знака (позволяющая отразить бесконечно разнообразные явления окружающего мира с помощью ограниченной знаковой системы посредством обобщения, которое субъективно, есть огрубление действительности, зависимо от коммуникации, контекста). По мнению автора, язык (объективное выражение нормы права) не может быть абсолютно точен. Но абсолютизировать неточность, невозможность выразить на естественном языке мысль с требуемой ясностью так же неверно, как и преувеличивать возможности естественного языка в достижении точности, пытаясь представить их равными возможностям формализованных языков.

    Естественный язык в большинстве случаев является инструментом,

    17

    позволяющим выразить значение с достаточной степенью точности. Факт размытых границ денотата знака не должен приниматься за утверждение, что точное определение относимости конкретного предмета, явления, процесса к классу предметов, явлений, процессов, обозначаемых словом, невозможно. Это невозможно сделать во всех случаях, но в подавляющем их большинстве вопрос относимости сомнений не вызывает. Определенность нормы права рассматривается как характеристика, которая зависит от многих составляющих (широты или казуистичности нормы, степени абстрактности используемых понятий, наличия нормативного определения терминов, соотношения терминов и слов естественного языка в тексте, синтаксического строения фразы, точности и ясности формулировки и т.п.).

    По мнению автора, определенность, максимальная формализация языкового выражения мысли не должна рассматриваться как безусловный плюс, самоцель при формулировании правовых норм, а неопределенность - как неизбежное зло, препятствие на пути к достижению идеала. Неопределенность, гибкость естественного языка выполняет важнейшие функции, которые активно используются и в правовом регулировании - позволяет языку адаптироваться к различным обстоятельствам, описать бесконечное разнообразие мира посредством конечного набора языковых средств.

    Кроме того, правовое регулирование - процесс, значительно более сложный, чем формирование управляющей системы для решения той или иной технической задачи. На уровне нормативных актов решаются наиболее важные вопросы и учитываются наиболее важные обстоятельства, однако невозможно учесть все обстоятельства, значимые для справедливого, оптимального решения конкретного дела. Многие могут быть учтены лишь на этапе правоприменения при осуществлении правоприменителем дискреционных полномочий. Оптимальная степень усмотрения правоприменителя позволяет сделать принимаемые решения более эффективными, справедливыми.

    Чем больше степень неопределенности при формулировании нормы, тем большая часть возникающих в конкретном правоотношении вопросов будет решаться в процессе реализации и применения права. Расширение же свободы усмотрения правоприменителя в зависимости от конкретной ситуации может иметь как негативный, так и позитивный эффект. С одной стороны, это дает возможность правоприменителю в большей степени корректировать

    18

    применение нормы, учитывать обстоятельства дела. С другой стороны, свободой усмотрения можно злоупотребить, выносить пристрастные, неквалифицированные решения. Поэтому формулировка нормы, оставляющая ряд вопросов на усмотрение правоприменителя, ставит с особой остротой вопрос о его правовой культуре, добросовестности, квалификации. Автор также обращает внимание на ошибки, которые часто порождаются стремлением к максимальной формализации, детализации формулировки нормы.

    В параграфе описываются изменения, которые претерпевает естественный язык, будучи использован для выражения нормативной правовой информации (жесткая семантизация языковых единиц, особые правила интерпретации, и т.п.). Автор выражает мнение, что формализация и необходимость системного восприятия нормативной правовой информации влечет невозможность использования языка права носителем естественного языка без специальной подготовки, что предъявляет особые требования к деятельности по обеспечению возможности ознакомления граждан с нормативной правовой информацией.

    Вторая глава диссертационного исследования - «Правотворчество в информационном аспекте» - посвящена исследованию информационного аспекта правотворческой деятельности.

    Первый параграф главы - «Информационная природа правотворчества как процесса создания и передачи нормативной правовой информации» - посвящен описанию информационных процессов в ходе правотворчества.

    Отмечается, что процедура правотворчества достаточно жестко регламентирована с формальной точки зрения. Однако в силу разнообразия информации, используемой при создании новых либо изменении существующих норм, процессы сбора, использования данной информации практически не регулируются. Информация может быть получена из любых источников и использована по усмотрению субъекта правотворчества. Однако иногда процессы сбора и учета (обязательно или рекомендательно) такой информации регламентируются. Автор выделяет различные по своей значимости для правотворческого органа предложения о содержании и форме норм права (выделяются субъекты, предложения которых должны быть обязательно реализованы в тексте нормативного акта, обязательно рассмотрены и учтены по усмотрению, рассмотрены и учтены по усмотрению

    19

    правотворческого органа). Отдельно рассматривается использование информации, полученной в ходе проведения правового эксперимента.

    В качестве одной из значимых проблем выделяется проблема регулирования обнародования нормативного акта, анализируются вопросы, возникающие в ходе доведения нормативной информации до общества, судебная практика и ряд практических проблем в данной области. Автор определяет характеристики, которые должны быть присущи обнародованию с точки зрения его функционального назначения.

    Рассматривается размещение нормативной правовой информации в сети Интернет, возможные положительные и негативные стороны использования такого размещения. Автор выражает мнение о необходимости создания системы электронной публикации нормативных правовых актов, функционирование которой дополнительно к традиционной системе публикации способно существенно увеличить доступность нормативных правовых актов для граждан, способствовать реализации ряда принципиально новых возможностей по ознакомлению с правовой информацией. В случае выполнения ряда условий, что требует длительной работы, в перспективе возможно признание за такой системой статуса официальной публикации.

    В данном параграфе рассматривается также вопрос доведения до заинтересованных лиц информации, содержащейся в актах юридических лиц.

    Отмечается, что не вся информация, исходящая от имени субъектов правотворчества, является нормативной, не все положения нормативных правовых актов содержат нормативную информацию. В частности, часто нормативного значения не имеют положения преамбул нормативного акта (статус данной правовой информации рассматривается отдельно), часто в нормативных актах выражаются предписания ненормативного характера.

    Второй параграф главы 2 - «Совершенствование формы выражения позитивного права» - посвящен рассмотрению ряда проблем формы выражения позитивного права, значимых в информационном аспекте.

    Автор выделяет три аспекта изучения требований к форме выражения нормативно-правовой информации. Во-первых, формальный аспект: должна присутствовать возможность однозначного понимания, является ли данное положение правовым, то есть содержится ли оно в источнике права, и каков официальный текст, выражающий данное положение, в случае, если таким

    20

    источником является нормативный акт. При этом необходима возможность установления пределов действия правила во времени, в пространстве и по кругу лиц. Во-вторых, содержательный аспект. С этой точки зрения нормативно-правовая информация должна быть выражена на оптимальном уровне определенности для обеспечения лучшего для данной сферы правового регулирования баланса между регулированием правотворческим органом и усмотрением правоприменителя. При этом выражение нормативной информации должно быть понятным, однозначным, ясным. В-третьих, логический аспект. С этой точки зрения нормативная правовая информация должна быть выражена системно, должна быть возможность установления всех логических элементов нормы, корреспондирующих прав и обязанностей, порядка реализации нормы в случае, если ее реализация без установления специального порядка невозможна. Выражение нормативной правовой информации должно быть непротиворечивым, согласованным, без пробелов.

    В данном параграфе рассматривается ряд проблем, которые, с точки зрения автора, значимы для характеристики нормативного акта в информационном аспекте. Это, в частности, проблемы определения времени вступления акта в силу, средств достижения большей или меньшей определенности формулировки нормы, применения лингвистических способов анализа правовых текстов, машинного анализа правовых текстов, применения норм права, при формулировании которых были допущены орфографические и пунктуационные ошибки, формулирования отсылок, и некоторые другие.

    По мнению автора, наряду с общим сроком вступления нормативного акта в силу с момента опубликования (14, 10 дней в зависимости от вида акта, в течение которых граждане имеют возможность ознакомиться с его содержанием), целесообразно установить некий минимальный срок с момента опубликования до момента вступления акта в силу, ранее которого дата вступления акта в силу устанавливаться не должна (который, в отличие от общего срока, не должен далее сокращаться по усмотрению правотворческого органа). Автор полагает, что «день официального опубликования» и, возможно, «следующий день после официального опубликования» - срок недостаточный с учетом размеров страны и скорости распространения источников официальной публикации, что подтверждается судебной практикой.

    Выделяется два уровня понимания текста нормативного акта. Понимание

    21

    на знаковом уровне означает, что лицо понимает, как соотносятся между собой использованные знаки. Использование описываемых средств логико-лингвистического анализа текста позволяет на данном уровне достичь однозначности в понимании текста. Понимание на когнитивном уровне означает не только владение знаковой системой, но и соотнесение данной системы с реальностью. Достичь понимания на данном уровне намного сложнее, абсолютная же однозначность понимания недостижима. Ясность текста в аспекте когнитивного понимания - это не характеристика текста, а характеристика соотносимости текста с реальностью (норма может быть понятна в одной ситуации и неясна в другой). Когнитивное понимание не может быть достигнуто чисто лингвистическими средствами.

    По мнению автора, деление элементов нормы на абсолютно и относительно определенные характеризует не содержательную определенность элемента, а лишь логическую схему строения его содержания. «Неопределенность» элемента нормы предлагается рассматривать как оценочную характеристику недостаточности нормативной правовой информации для обеспечения единообразия правоприменительной практики.

    В данном параграфе рассматриваются также проблемы дублирования правовой информации, избыточности правовой информации, выделяется избыточность, играющая позитивную и негативную роль.

    Помимо формального, содержательного, логического аспекта совершенствования нормативной информации, рассматриваются вопросы удобства избранной правотворческим органом структуры выражения нормы.

    Кроме того, высказывается мнение о способах, возможностях и пределах использования информационных технологий для совершенствования правотворческого процесса.

    Третья глава диссертационного исследования - «Реализация права в информационном аспекте» - посвящена исследованию информационного аспекта реализации права.

    Первый параграф главы - «Информационная природа реализации права как процесса восприятия и использования нормативной правовой информации» - посвящен описанию проблем восприятия субъектом, поведение которого регулируется, содержания нормативной правовой информации. Этот аспект обмена правовой информацией имеет важнейшее

    22

    значение для процесса правового регулирования.

    Право человека знать заранее те нормы права, которые будут применяться при оценке его действий, рассматривается автором как одно из важнейших прав человека, не закрепленное в Конституции Российской Федерации прямо, однако вытекающее из смысла конституционных норм.

    Предпринимается попытка определить достаточный для знания гражданами своих прав и обязанностей уровень правовой информированности, действия государства, необходимые для обеспечения всем гражданам возможности достигнуть такого уровня. Для реализации права гражданина знать содержание своих прав и обязанностей необходимо, во-первых, обеспечить доступность источников нормативной правовой информации, во-вторых, обеспечить возможность понимания содержания такой информации.

    Автор полагает, что опубликования нормативных правовых актов в современной ситуации недостаточно для того, чтобы обеспечить их доступность для граждан. Отследить информацию по всем вопросам, касающимся гражданина, невозможно в силу ее объема и ограниченности времени, которое может быть потрачено на изучение нормативных правовых актов. Для того, чтобы сделать знание нормативной правовой информации реальностью, необходима разработка эффективного поискового аппарата и обучение граждан пользоваться им. Важно предпринимать меры, обеспечивающие все большему числу граждан возможность обратиться к электронному поиску нужных норм в базах данных правовой информации. Высказывается мнение, что необходима разработка на государственном уровне электронной базы нормативной правовой информации, снабженной простой системой поиска нормативных правовых актов для лиц, не обладающих специальной подготовкой. Описываются категории данных, которые могли бы быть включены в данную базу, возможные критерии поиска.

    Отмечается, что доступность текстов нормативных актов еще не означает достижения требуемого уровня правовой информированности. Необходимо не только знание текста акта, но правильное понимание этого текста. В настоящее время законодательство часто изложено сложным языком, с использованием юридической терминологии. В связи с этим без минимальной специальной подготовки понимание нормативной правовой информации затруднено в силу специфики языка законов, его отличий от естественного языка, системности

    23

    правовой информации. Автор высказывает мнение об уровне правовой информированности, минимально необходимом для современного общества, и предлагает для его достижения ввести в новые федеральные государственные образовательные стандарты в качестве обязательного требования к результатам освоения основных образовательных программ общего и профессионального образования требования к результатам освоения основ права либо правоведения. Выделяются основные правовые знания и умения, которые, на взгляд автора, должны приобретаться любым гражданином.

    Уточняется, что понимание нормативной правовой информации не означает автоматической реализации требований права, но сознательная реализация таких требований невозможна без предварительного их понимания. Правовое регулирование - лишь один из мотивов, воздействующих на поведение человека. Нормативная правовая информация необходима для него с точки зрения оценки правовых рисков. Ценность правовой информации, на взгляд автора, определяется не столько применительно к цели (поступить правомерно), сколько применительно к возможности прогнозировать вероятную реакцию государственных органов на выбранный вариант поведения. Чем точнее может быть предсказана такая реакция, тем более ценна информация о ней. Если информация дезориентирует лицо (например, неверно информируя о правомерности и неправомерности деяния, тяжести, вероятности либо невероятности наказания), она обладает отрицательной ценностью.

    В параграфе рассматривается также обратная информационно-правовая связь (обратное воздействие со стороны лица, чье поведение попадает в сферу правового регулирования, на государство как субъекта, осуществляющего правовое регулирование).

    Высказывается мнение о способах, возможностях, пределах использования информационных технологий для совершенствования процесса реализации права.

    Второй параграф главы 3 - «Информационная природа правоприменения и восполнение недостающей информации в процессе правоприменения» - посвящен описанию правоприменительной деятельности в информационном аспекте. Процесс правоприменения рассматривается как в первую очередь рецепция, с одной стороны, нормативной правовой информации, с другой - информации об обстоятельствах конкретного дела.

    24

    Два различных потока информации обрабатываются правоприменительным органом. При этом происходит соотнесение данных потоков информации, результатом, которого должно стать обнаружение соответствия информации о фактических характеристиках ситуации и информации о юридических фактах, правилах поведения. Выделяются, с одной стороны, факты, значимые с точки зрения позитивного права, с другой, нормы позитивного права, значимые с точки зрения имеющихся фактов. Установление этой релевантности, на взгляд автора, характеризует процесс правоприменения в информационном аспекте. В силу сложности процесса квалификация конкретной ситуации является творческим процессом, в ходе которого не только рецепируется информация о фактических обстоятельствах и нормах права, но и генерируется информация о релевантности фактической и нормативной информации.

    Указанная деятельность требует специальной подготовки, автором рассматриваются требуемые для ее квалифицированного осуществления знания и умения. Рассматриваются требования к указанным процессам работы с нормативной и фактической информацией (требования, установленные к работе с доказательствами, правила толкования, коллизионные правила, правила преодоления пробелов, логического развития правовых положений).

    Многозначность знакового выражения норм и разнообразие способов преодоления этой неопределенности дают правоприменителю некоторую свободу выбрать вариант понимания содержания нормы. Таким способом право взаимодействует с иными социальными регулятивными системами, т.к. усмотрение правоприменителя во многом зависит не только от его знаний нормативной правовой информации, но и от его мировоззрения, в том числе моральных убеждений, представлений о допустимом, должном. Система норм права не может рассматриваться как полностью независимый способ регулирования общественных отношений, правовое регулирование всегда взаимодействует с иными нормативными системами (например, с моралью) посредством обращения к правосознанию правоприменителя при преодолении недостаточной определенности нормативной правовой информации.

    Третий параграф третьей главы - «Информационная природа правоприменения и роль правоприменительной практики в развитии позитивного права» - посвящен описанию новой правовой информации,

    25

    возникающей в ходе правоприменительной деятельности.

    В правовой системе Российской Федерации возможность правоприменительных органов непосредственно участвовать в формировании содержания позитивного права отрицается. По мнению автора, правоприменительная практика играет реальную роль в процессе формирования нормативной правовой информации. Фактически в ходе правоприменительной деятельности возникает нормативная правовая информация, включаемая в структуру содержания нормы в момент достижения единообразия практики правоприменения и относительно независимо от того, закрепляется ли она формально в нормативном акте и в какой момент.

    В параграфе рассматриваются типичные ситуации, в которых фактически суд играет правотворческую роль. Так, описывается роль судов по оценке конституционности, законности нормативных актов. Автор полагает, что исключение нормы означает изменение существующей системы норм в силу наличия системной взаимосвязи и на уровне норм, и на уровне нормативных актов, то есть происходит генерация нормативной правовой информации.

    Рассматривается деятельность суда по толкованию, конкретизации правовой нормы. В ряде случаев в результате толкования и конкретизации значение нормы права модифицируется весьма существенным образом, и толкующий орган привносит в это значение такую информацию (признаки, характеристики), которые основаны не столько на значении формы выражения нормы права, сколько на представлениях правоприменителя о справедливом, разумном, эффективном разрешении ситуации. Такая информация не вытекает из буквального значения текстов нормативных актов, и является, по мнению автора, в этом смысле новой.

    Рассматривается также применение судом права и закона по аналогии.

    Автор выделяет в структуре содержания нормы несколько возможных уровней: 1) информация, прямо выраженная в тексте нормативного акта либо текстах различных нормативных актов (буквальное толкование, вытекающее из значения слов, терминов, грамматики, синтаксиса); 2) информация, (предположительно) вкладывавшаяся в текст правотворческим органом (толкование с исправлением явных оговорок, ошибок, с учетом материалов работы над проектом акта и т.п.); 3) информация, выводимая из сопоставления нормативного акта с системой источников права с принципами права (учет

    26

    системного толкования норм, выбор нормы при коллизии, при этом можно разделять две ситуации: а) коллизионная норма, принципы, необходимость ограничительного или расширительного толкования закреплены в законодательстве, б) ограничительное или расширительное толкование неочевидно, коллизионная норма, принципы не закреплены нормативно, однако толкование или выбор приоритета закрепились в устойчивой и единообразной практике применения); 4) информация, формируемая с учетом принципов разумности, справедливости, добросовестности, мировоззрения лиц, социального контекста, в т.ч. его исторических изменений (основанное на правосознании, учитывающее социальные контексты толкование, если оно закрепилось в устойчивой и единообразной практике правоприменения, в том числе толкование неопределенных понятий, оценочных терминов, «устаревших» норм, преодоление пробелов). На разных уровнях соотношение рецепции и генерации информации на уровне правоприменения разное: от рецепции, практически исключающей появление новой информации о содержании нормы, до рецепции, соединенной с большой, возможно преобладающей, долей генерации новой информации правоприменителем.

    По мнению автора, форма выражения нормативной информации, выработанной в процессе правоприменения судами Российской Федерации, не является прецедентной. Постановления пленумов Верховного и Высшего Арбитражного судов по форме близки к нормативным актам. В этом смысле признание нормативного характера правовой информации, создаваемой судами, не означает признания прецедента, единичное решение вопроса тем или иным образом, на взгляд автора, не имеет нормативного значения. Отмечается, что вопрос решений, правовых позиций Конституционного Суда требует отдельного рассмотрения.

    Автор признает, что законодательная форма регулирования общественных отношений имеет множество неоспоримых преимуществ (свобода от субъективизма, возможность использования обширных информационных ресурсов, просчета эффективности нормы и т.п.). Но признание факта, что в правоприменительной деятельности создается нормативная правовая информация, не означает подмены деятельности правотворческих органов деятельностью правоприменительных органов. Правоприменительные органы лишь дополняют, корректируют,

    27

    приспосабливают к требованиям времени и ситуации нормативную информацию, исходящую от правотворческих органов, созданная ими нормативная правовая информация носит дополнительный, вспомогательный характер, интерпретирует, конкретизирует значение нормы, уточняет пределы ее действия, соотношение с другими нормами, предлагает решение в случае пробела. Такая информация включается в структуру содержания нормы, но в большинстве случаев не играет в ней ведущей роли; возникает часто лишь в мере, предопределенной при формулировании нормы правотворческим органом, либо в силу непредвидения им определенных проблем и ситуаций.

    Суды, уступая законодателю в «широте социального кругозора», превосходят его в смысле оперативности реагирования на вновь возникающие отношения, сталкиваются с более широким (по сравнению с прогнозируемым законодателем) кругом возможных ситуаций, значимых характеристик событий, фактов, и т.п. Создающая нормативную информацию деятельность судов в случае отсутствия или недостатков закона не только не подрывает устойчивость правовой нормы, но и в случае локализации ее на уровне высших звеньев судебной системы, отсутствия судебных злоупотреблений, напротив, может способствовать уменьшению доли дискреционных полномочий нижестоящих судов. Нормативная правовая информация, создаваемая на уровне правоприменения, существует не в противоречие, а в дополнение нормативной правовой информации, создаваемой правотворческими органами.

    По мнению автора, законодатель и правоприменительные органы -компоненты единой системы, законодатель не в состоянии оперативно разрешить все вопросы, которые ставит перед правом жизнь. И в этом смысле передача решения некоторых из них другим субъектам (через расширение усмотрения правоприменителя) позволяет ему сконцентрироваться на разрешении особо важных проблем, что особенно актуально в период изменений правовой системы. Взаимодействие систем правотворчества и правоприменения в процессе формирования и коррекции нормативной правовой информации, на взгляд автора, являются выражением процессов самоорганизации в правовой системе общества.

    В заключении подводятся итоги исследования и делаются выводы теоретического и практического характера, а также отмечаются направления дальнейшего исследования в рамках данной тематики.

    28

    По теме диссертации автором опубликованы следующие работы:

    1. Некоторые теоретические аспекты соотношения права и языка // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2006, № 1. (0,5 п.л.)

    2.   Презумпция знания закона // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2006, № 1. (0,5 п.л.)

    3.  О понятии злоупотребления правом // Актуальные проблемы теории и истории государства и права на современном этапе. Материалы международной научно-практической конференции 17 апреля 2006 г. Ч. 2. Уфа, 2006. (0,25 п.л.)

    4.  Об абсолютной определенности содержания нормы права // Управление в социальных и экономических системах: сборник материалов III Международной научно-практической конференции. Под ред. С. Д. Резника. Пенза. 2005. (0,15 п.л.)

    5.  Об информационном значении преамбулы нормативного правового акта // Актуальные проблемы юридических наук: сборник статей II Всероссийской научно-практической конференции. Пенза. 2006. (0,35 п.л.)

    6.         Обеспечение права на информацию о действующем законодательстве // Власть и воздействие на массовое сознание. Сборник материалов П Всероссийской научно-практической конференции. Пенза, 2006. (0,35 п.л.)

    7.  Преодоление коллизий нормативных правовых актов в правоприменительной деятельности // Актуальные проблемы юридических наук: сборник материалов I Всероссийской научно-практической конференции. Пенза. 2005. (0,15 п.л.)

    8.  Значение орфографии и пунктуации в тексте нормативного правового акта // Юрислингвистика-VII: русский язык и современное российское право: межвузовский сборник научных статей. Под. ред. Н.Д. Голева. Кемерово, Барнаул, 2007. (0,65 п.л.)

    9.         Использование сети Интернет в процессе нормотворчества // Практика муниципального управления. № 11, ноябрь 2007. (0,5 п.л.)

    10.           Налоговые споры: требования требований к опубликованию и обнародованию нормативных правовых актов // Арбитражное правосудие в России. № 3, март 2007. (0,65 п.л.)

    11.           О преодолении несогласованности гражданского и налогового законодательства // Справочник руководителя малого предприятия. 2006. №11. (0,75 п.л.)

    29

    12.       О согласованности положений нормативных правовых актов // Научные труды. Российская академия юридических наук. Выпуск 6. Том 1. М., 2006. (0,25 п.л.)

    13.           Опубликование и обнародование нормативных правовых актов: законодательство и судебная практика // Практика муниципального управления. № 2, февраль 2007, № 3, март 2007. (1 п.л.)

    14.           Правоприменительная деятельность и преодоление пробелов в законодательстве // Актуальные проблемы правоприменительной деятельности: теория и практика: Материалы ежегодной научно-практической конференции 27-28 октября 2005 года. Ульяновск, 2005. (0,25 п.л.)

    15.           Преодоление коллизий законодательства о предпринимательской деятельности // Справочник руководителя малого предприятия. 2006. № 12. (0,75 п.л.)

    16.           Роль судов в совершенствовании законодательства // Тенденции и противоречия развития российского права на современном этапе: сборник статей. Под ред. В. В. Гошуляка. Пенза, 2005. (0,65 п.л.)

    17.       Установление системных связей между нормативными правовыми актами путем использования отсылок // Право и современность. Сборник научно- практических статей. Выпуск 2. Часть 2. Саратов, 2007. (0,2 п.л.)

    Опубликованы рефераты:

    1.  Coyle S. Positivism, idealism and the rule of law (Койл С. Позитивизм, идеализм и верховенство права) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. 2007. № 3. (0,3 п.л.)

    2.  Endicott. Т. The impossibility of the rule of law (Эндикотт Т. О невозможности верховенства права) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. 2004. № 2. (0,3 п.л.)

    3.  Epstein R.A. The not so minimum content of natural law (Эпштейн Р. О не столь минимальном содержании естественного права) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. 2006. № 2. (0,3 п.л.)

    4.  Kramer M. H. On the moral status of the rule of law (Крамер М. о моральном

    30

    статусе верховенства права) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. 2005. № 2. (0,3 п.л.)

    5.  Markovits I. Selective memory: how the law affects what we remember and forget about the past - the case of East Germany (Марковитц И. Избирательная память: как право влияет на то, что мы помним о прошлом и что забываем. На примере Восточной Германии) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. 2004. № 3. (0,3 п.л.)

    6. Patterson D.M. Dworkin on the semantics of legal and political concepts (Паттерсон Д. Дворкин о семантике правовых и политических понятий) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. РЖ ИНИОН РАН. 2007. № 2. (0,3 п.л.)

    7.  Schlag P. The aesthetics of American law (Шлэг П. Эстетика американского права) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. РЖ ИНИОН РАН. 2004.№4. (0,3 п.л.)

    8. Simmonds N. Е. Straightforwardly false: the collapse of Kramer's positivism (Симмондс Н. Е. Явно неверно: разрушение позитивизма Крамера) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. РЖ ИНИОН РАН. 2005. № 2. (0,3 п.л.)

    9.  Solan L. M. Private language, public laws: the central role of legislative intent in statutory interpretation (Солан Л. Центральная роль намерений законодателя в толковании закона) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. 2006. № 4. (0,3 п.л.)

    10. Tsai. R. L. Fire, metaphor and constitutional myth-making (Цай Р. Огонь, метафора и конституционное мифотворчество) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. № 1 2006. (0,3 п.л.)

    11. Williams S. G. Indeterminacy and the rule of law (Вильяме С. Неопределенность и верховенство права) // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 4: Государство и право. Реферативный журнал ИНИОН РАН. 2005. № 4. (0,3 п.л.)

Информация обновлена:23.04.2008


Сопутствующие материалы:
  | Персоны | Защита диссертаций 
 

Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст книги, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Rambler's Top100 Яндекс цитирования

Редакция портала: info@law.edu.ru
Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru