Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все книги/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Принцип диспозитивности арбитражного процесса :

АР
М748 Моисеев, С. В. (Сергей Владимирович).
Принцип диспозитивности арбитражного процесса :
Автореферат диссертации на соискание ученой степени
кандидата юридических наук. Специальность 12.00.15 -
Гражданский процесс ; Арбитражный процесс /С. В. Моисеев ;
Науч. рук. В. М. Шерстюк. -М.,2001. -23 с.-Библиогр. : с.
23.3. ссылок
Материал(ы):
  • Принцип диспозитивности арбитражного процесса
    Моисеев, С. В.

    Моисеев, С. В.


    Принцип диспозитивности арбитражного процесса : Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

    3

    ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ

    Актуальность темы исследования. Тема диссертации, несмотря на то, что есть все основания отнести ее к классической, в настоящее время весьма актуальна. Принцип диспозитивности привлекает внимание исследователей давно по причине большого значения, которое он имеет в арбитражном и гражданском судопроизводстве. Принцип диспозитивности арбитражного процессуального права является началом, отражающим закрепленные в законодательстве на данном этапе развития государства и общества права лиц, v чествующих в деле, степень свободы этих лиц в осуществлении принадлежащих им прав, пределы осуществления субъективных прав, степень контроля со стороны государства над осуществлением таких прав, принципиальную возможность и пределы вмешательства государства в осуществление управомоченными лицами своих прав, и, таким образом, является одним из основополагающих принципов арбитражного и гражданского судопроизводства.

    Несмотря на постоянный интерес к принципу диспозитивности, ряд важнейших теоретических вопросов, его касающихся, в науке арбитражного и гражданского процессуального права доныне не решен.

    В частности, нет единства мнений среди ученых о понятии принципа диспозитивности, а также о правомочиях, охватываемых его содержанием, (ими правомочия, составляющие содержание принципа диспозитивности, трактуются процессуалистами по-разному.

    Нет согласия в науке по вопросу о природе принципа диспозитивности арбитражного процессуального права: многими учеными принцип процессуальной диспозитивности рассматривается как продолжение диспозитивности материально-правовой, а другими понимается как самостоятельный процессуальный принцип, не зависящий от материального права.

    Неоднозначно решается проблема обращения в арбитражный суд прокурора, государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов, уполномоченных обращаться в суд в защиту государственных и общественных (публичных) интересов. В науке процесса до настоящего времени не выработано самого понятия государственного и общественного (публичного) интереса, не определены его критерии. Споры ведутся относительно того, кто является истцом по искам, предъявляемым прокурором, государственными органами, органами местного самоуправления и иными органами в защиту публичных интересов.

    Имеются разногласия и в отношении возможности обращения прокурора, государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов в арбитражный суд в защиту прав организаций и граждан-предпринимателей, являющихся истцами в материально-правовом смысле.

    Дискуссионны и другие теоретические вопросы, что показывает актуальность исследования принципа диспозитивности для науки арбитражного процессуального права.

    4

    Исследование принципа диспозитивности арбитражной) процессуального права актуально и для практической деятельности. Исследование арбитражной практики выявляет нередкие ошибки в применении норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ, АПК, Кодекс), являющихся выражением принципа диспозитивности. Так, арбитражные суды нередко отказывают в принятии искового заявления по основаниям, не предусмотренным АПК РФ. В ряде случаен арбитражные суды принимают отказ от иска, признание иска, кома такие действия не могут быть осуществлены сторонами и тем более приняты арбитражным судом, так как противоречат закон) или нарушают права и законные интересы других лиц. Имеются факты неправильного толкования и применения норм АПК при включении мирового соглашения в арбитражном процессе. Серьезной проблемой на практике является пересмотр заключенного лицами, участвующими в деле, и утвержденного арбитражным судом мирового соглашения.

    Тема исследования актуальна и для нормотворческой деятельности, для разработки научно обоснованных рекомендаций по совершенствованию арбитражного процессуального законодательства.

    Проводящаяся в настоящее время судебная реформа направлена на кардинальное изменение роли судов (как арбитражных, так и общей юрисдикции) в жизни Российского государства и общества, повышение их статуса, наделение их широкими полномочиями и одновременно ограничение их следственных, не свойственных органу правосудия, функций. В ходе судебной реформы, в целях последовательного закрепления права на судебную защиту, его гарантий, совершенствуется и арбитражное процессуальное законодательство.

    За последнее десятилетие XX века отечественным законодателем приняты два Арбитражных процессуальных кодекса Российской Федерации. Первый был принят в 1992 г.[1] Второй в 1995 г.[2]

    В июле 2000 г. Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации на рассмотрение Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации внесен проект Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», по существу представляющий собой проект третьего Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее по тексту - Проект АПК, Проект)[3], со-

    5

    держащий множество новелл, предлагаемых для внесения в арбитражное процессуальное законодательство и в значительной мере касающихся принципа диспозитивности.

    Таким образом, арбитражное процессуальное законодательство постоянно совершенствуется, изменяется и дополняется. При этом нельзя не отметить неуклонное расширение действия принципа диспозитивности, проявляющееся, в частности, в предложенных в Проекте АПК правовых конструкциях примирения сторон, в последовательном ограничении права прокурора и иных государственных органов на обращение в арбитражный суд в защиту прав и интересов организаций и граждан-предпринимателей.

    Представляется, что принятие двух кодексов, разработку и обсуждение в Государственной Думе Проекта третьего следует объяснять не только кардинальным изменением экономических условий жизни общества, динамично развивающимся хозяйственным оборотом, принятием первой и второй частей Гражданского кодекса Российской Федерации, это иногда отмечается в литературе[4], но и необходимостью дальнейшего совершенствования арбитражного процессуального законодательства, обусловленной достижениями науки арбитражного процессуального права. Анализ Арбитражных процессуальных кодексов РФ, а также Проекта АПК позволяет утверждать, что многие пробелы и противоречия, имевшие место в АПК РФ 1992 г., сохранившиеся в действующем Кодексе, иных нормативных правовых актах, а также в Проекте АПК, объясняются недостаточной теоретической разработкой некоторых вопросов наукой арбитражного процессуального права.

    В ряде случаев пробелы законодательства восполнялись, а противоречия устранялись арбитражной практикой. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в целях единообразия судебной практики нередко давал руководящие разъяснения, что не устраняет необходимости совершенствования действующего арбитражного процессуального законодательства.

    Цель и задачи диссертации. Целью диссертации является исследование теоретических проблем принципа диспозитивности о его понятии, содержании, выражающем в концентрированном виде метод правового регулирования арбитражного процессуального права, о реализации процессуальных

    6

    прав, составляющих содержание принципа диспозитивности. Определение тенденций развития принципа диспозитивности арбитражного процесса, разработка предложений по совершенствованию Арбитражного процессуального кодекса, а также практики применения его норм также являются целью диссертации.

    Диссертант в настоящем исследовании решает следующие задачи:

    сформулирован, пониже принципа диспозитивности арбитражного процессуального права, определить его содержание;

    исследовать истоки принципа диспозитивности арбитражного процессуального права, его правовую природу, соотнести его с одноименным принципом материального гражданского права;

    разрешить проблему включения в понятие и содержание принципа диспозитивности арбитражного процессуального права действий по осуществлению (распоряжению) материальным правом;

    рассмотреть основные распорядительные действия, составляющие содержание принципа диспозитивности, сопоставить их с действиями по осуществлению материального права в процессе и оценить правомерность отождествления распорядительных процессуальных действий с осуществлением субъективного материального права в арбитражном процессе;

    сформулировать научно обоснованные предложения по внесению изменений в действующий Арбитражный процессуальный кодекс. Проект АПК.

    В силу ограниченного объема в диссертации исследованы не все распорядительные действия, традиционно относимые к содержанию принципа диспозитивности, а лишь основные: право на обращение в арбитражный суд за защитой, право истца отказаться от иска, право ответчика признать иск, право на заключение мирового соглашения.

    Методология исследования. Методологической основой диссертации служат методы сравнительного правоведения, системного анализа, исторический, широко используется формально-логический метод. Результаты проведенного исследования позволяют системно рассмотреть соотношение действий по осуществлению субъективных процессуальных и субъективных материальных прав и прийти к выводам о независимости их друг от друга, об отсутствии однозначной обусловленности между осуществлением одних и других, что объясняется, в том числе, их различной правовой природой.

    Степень научной разработанности темы исследования. Степень научной разработанности принципа диспозитивности гражданского процессуального права, который изучается учеными на протяжении не одного столетия, достаточно глубока. В научной литературе по гражданскому процессу детально рассмотрены понятие и многие вопросы содержания принципа диспозитивности. Отдельным проблемам данного принципа посвящено немалое количество монографий и статей. Принцип диспозитивности гражданского процессуального права рассматривался такими советскими и российскими учеными, как Т.Е. Абова, С.П. Абрамов, Н.И. Авдеенко, М.Г. Авдюков, А.Т.

    7

    Боннер. Р.К. Гукасян. М.А. Гурвич, П. П. Гуреев, А.А. Добровольский. П.Ф. Елисейкин. И.А. Жеруолис, Н.Б. Зейдер. О.В. Иванов. С.А. Иванова, А.Ф Клейнман, А.Н. Кожухарь. К.И. Комиссаров, С.В. Курылев. А.А. Мельников. Л.H. Орлова, Г.Л. Осокина, Е. Г. Пушкар, И.М. Пятилетов, В.М. Семенов. В.Ф. Тараненко, М.К. Треушников, П.В. Ченцов, Н.А. Чечина, В.М. Шерстюк, К.С. Юдельсон, М.К. Юков и др.

    Принцип диспозитивности затронут и в трудах русских процессуалистов Е.В. Васьковского. Г.Л. Вербловского. В.М. Гордона, Е.A. Нефедьева, В.А. Рязановского и иных, труды которых использованы при проведении настоящего исследования.

    В отличие от принципа диспозитивности гражданского процессуального права, принцип диспозитивности арбитражного процессуального права еще не был предметом детального теоретического исследования, хотя проблематика диспозитивности применительно к деятельности государственного арбитража рассматривалась в работах Т.Е. Абовой, В.Ф. Тараненко, М.С. Шакарян, К.С. Юдельсона и некоторых других авторов. Подавляющее большинство имеющихся в этом направлении работ относится к 70-80-м годам двадцатого столетия, то есть к периоду, когда арбитражи являлись по существу органами исполнительной власти государства[5] и их деятельность по разрешению споров не являлась осуществлением правосудия.

    Последнее десятилетие двадцатого столетия, отмеченное созданием в Российской Федерации системы арбитражных судов, принятием двух Арбитражных процессуальных кодексов, разработкой проекта третьего, не сопровождалось, однако, теоретическими разработками в области арбитражного процессуального права. Сейчас начали появляться отдельные работы, посвященные арбитражному процессу, в которых иногда затрагиваются и вопросы принципа диспозитивности. Однако данные работы в основном касаются практического применения норм АПК, в то время как вопросы теоретического порядка, как правило, остаются без рассмотрения.

    Научная новизна исследования. Настоящее исследование является первым, посвященным теоретической разработке принципа диспозитивности арбитражного процессуального права.

    В результате исследования понятия принципа диспозитивности арбитражного процессуального права автор приходит к выводу, что все определения понятия принципа диспозитивности, даваемые в литературе, так или иначе можно свести к двум основным, отражающим различные взгляды на сущность данною принципа. Эти определения являются результатом многолетнего изучения принципа диспозитивности различными школами ученых-процессуалистов.

    8

    На основании проведенного исследования автор приходит к выводу, что обычно противопоставляемые в литературе определения принципа диспозитивности нельзя рассматривать изолированно друг от друга, поскольку они характеризуют принцип диспозитивности с различных сторон. По этой причине диссертант предлагает объединить различные определения и понимать принцип диспозитивности одновременно и как возможность распоряжения процессуальными правами, и как двигательное начало арбитражного (и гражданского) процесса.

    В работе делается вывод об отсутствии однозначной обусловленности принципа диспозитивности арбитражного процессуального права одноименным принципом гражданского права и приводятся новые аргументы в подтверждение данного вывода.

    Диссертантом исследуется еще не рассмотренный подробно в отечественной литературе вопрос о материальном истце по искам, предъявляемым прокурором, государственными органами, органами местного самоуправления в защиту государственных или общественных (публичных) интересов.

    В работе с теоретических позиций рассматриваются основные распорядительные действия, составляющие содержание принципа диспозитивности, а также показывается связь осуществления процессуальных распорядительных действий с осуществлением субъективных материальных прав. Автор приходит к выводу о неправомерности отождествления процессуальных и материальных действий, приводит свои аргументы в подтверждение этой позиции.

    Исследуется вопрос о понятии и сущности мирового соглашения, правомерности оформления его определением арбитражного суда. С теоретических позиций рассматривается возможность обжалования мирового соглашения, расторжения ею, признания его недействительным. Впервые в науке арбитражного процессуального права эти проблемы рассматриваются применительно к производству по делам о несостоятельности (банкротстве).

    В диссертации рассматриваются и вопросы теории арбитражного процессуального права, зачастую имеющие большое значение и для теории гражданского процессуального права, и вопросы совершенствования арбитражного процессуального законодательства, имеющие практический характер. На основе сделанных теоретических выводов даются практические рекомендации по внесению изменений и дополнений в АПК РФ.

    По результатам проведенного исследования на защиту выносятся следующие положения:

    1. Под принципом диспозитивности арбитражного процессуальною права следует понимать закрепленное арбитражным процессуальным законом руководящее положение, в силу которого лицам, участвующим в деле, предоставляется возможность свободно (своей волей и в своем интересе) осуществлять принадлежащие им процессуальные права, преимущественно связанные с движением процесса и определением предмета судебной защи-

    9

    ты. Осуществление в арбитражном процессе субъективных материальных прав не охватывается содержанием принципа диспозитивности.

    2. Возможность обращения в арбитражный суд субъективно заинтересованных лиц, права и интересы которых в действительности не нарушены или не оспариваются, обусловлена объективным характером интереса в судебной защите, опосредствуемого процессуальным правом на обращение в арбитражный суд за защитой, и возможностью его осознания управомоченным, а также другими лицами, как уполномоченными в силу закона обращаться в арбитражный суд в защиту прав и интересов других лиц, так и не уполномоченными законом па это.

    3. Истцом в материально-правовом смысле по искам, предъявляемым прокурором, государственными органами, органами местною самоуправления и иными органами в защиту государственных или общественных (публичных) интересов, является соответственно государство или общество. Это позволяет утверждать о принципиальной возможности прокурора, государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов, обращающихся в суд в защиту государственных или общественных интересов, распоряжаться в арбитражном процессе процессуальными правами.

    4. В соответствии с действующим арбитражным процессуальным законодательством под отказом истца от иска следует понимать процессуальное распорядительное действие, направленное на прекращение производства по делу. Отождествление отказа истца от иска с распоряжением субъективным материальным правом, с отказом управомоченного лица от субъективного материального права, нередко допускаемое в процессуальной литературе, не соответствует действующему материальному и процессуальному законодательству.

    5. В целях разграничения отказа истца от процесса и отказа истца от субъективного материального права, выраженного в процессуальной форме, необходимо ввести в арбитражное процессуальное право России институт отзыва искового заявления, под которым следует понимать заявленный арбитражному суду до вынесения судом решения отказ истца от дальнейшего производства по делу, не сопровождаемый отказом от субъективного материального права. Процессуальным последствием отзыва искового заявления должно быть оставление иска без рассмотрения с сохранением для истца возможности повторного обращения в арбитражный суд с тождественным требованием.

    6. Требование о защите государственного или общественного интереса по иску прокурора, в случаях, когда истцом в материально-правовом смысле выступает соответствующий орган государственной власти или управления, орган местного самоуправления, не обратившийся в суд самостоятельно, подлежит рассмотрению в арбитражном суде даже при отказе такого истца от иска. Поскольку предметом судебной защиты является государственный или общественный (публичный) интерес, постольку отказ от иска в этих случаях

    10

    не должен приниматься арбитражным судом на основании ч. 4 ст. 37 ЛПК РФ, гак как пот отказ может противоречить закону и нарушать права и охраняемые законом интересы государства или общества.

    7. Мировое соглашение в арбитражном процессе – это процессуальное действие обеих сторон, направленное на прекращение производства по делу в связи с добровольным урегулированием материально-правового спора самими сторонами, а также действие арбитражного суда, утверждающего мировое соглашение и прекращающего производство по делу. Мировое соглашение нельзя отождествлять с гражданско-правовым договором, поскольку помимо собственного регулирования материально-правового спора для заключения мирового соглашения необходимо обращенное к арбитражному суду взаимное волеизъявление сторон, направленное на прекращение производства по делу, а также оформляемое определением волеизъявление арбитражного суда на утверждение мирового соглашения и прекращение производства по делу.

    8. После прекращения арбитражным судом производства по делу в связи с утверждением мирового соглашения, обязательную для сторон и иных лиц силу приобретает содержащее условия мирового соглашения определение арбитражного суда об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу. Мировое соглашение не может быть пересмотрено, расторгнуто или признано недействительным, так как пересмотр возможен лишь в отношении определения арбитражного суда о прекращении производства по делу в связи с утверждением мирового соглашения, причем в порядке, установленном АПК РФ. Поэтому ст.ст. 127 и 129 Федерального закона Российской Федерации от 8 января 1998 года № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»[6] не соответствуют сущности мировою соглашения, противоречат АПК РФ и нуждаются в совершенствовании.

    Практическая значимость диссертации. Проведенное исследование позволяет сформулировать ряд важных теоретических выводов, которые могут найти практическое применение в деятельности арбитражных судов, в законопроектной работе, а также в практике преподавания арбитражного процессуального права в юридических вузах.

    Положения диссертации могут послужить теоретической базой для дальнейшей научной разработки проблем, связанных с изучением принципов арбитражного процессуального права и, в частности, его принципа диспозитивности.

    Результаты исследования могут быть применены при написании учебных пособий по арбитражному процессу, при чтении лекционных и специальных курсов по данной дисциплине в высших учебных заведениях Российской Федерации по юридической специальности.

    11

    Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена и обсуждена на кафедре гражданского процесса Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова.

    Основные положения диссертации нашли отражение в публикациях, указанных в автореферате. Диссертант участвовал в работе Всероссийской научной конференции «Государство и право на рубеже веков», проходившей в г. Москве 2-4 февраля 2000 г.

    Материалы исследования использовались автором при проведении семинарских занятий по курсу «Гражданский процесс».

    Структура диссертации. Работа состоит из введения, двух глав, объединяющих четыре параграфа, и библиографии.

    СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

    Во введении обосновывается актуальность, научная новизна, теоретическая и практическая значимость темы исследования, дается характеристика методологических основ работы, формулируются положения, выносимые на защиту.

    1'лава первая посвящена исследованию понятия и содержания принципа диспозитивности арбитражного процессуального права.

    В этой главе анализируется понятие принципа права, его признаки, показывается необходимость нормативного закрепления принципа права, обосновывается, что не закрепленный нормативно принцип не является правовым, оказываясь в лучшем случае началом правосознания, идеей. Несмотря на то, что не все принципы права находят свое концентрированное выражение в одной норме права и на то, что законодательство может не содержать легального определения принципа права, нормативность принципа не устраняется, поскольку он пронизывает всю отрасль права (несколько отраслей или все право), многие ее институты и нормы.

    Принципы права не являются чем-то неизменным, они динамично развиваются вместе с самим правом, при этом меняются их понятие, содержание и даже состав и система. Развитие права не в последнюю очередь происходит под воздействием принципов права, оказывающих влияние также на правоприменительную практику, на нормотворчество.

    Представляющие собой упорядоченную совокупность элементов, находящихся во взаимной обусловленности, принципы нрава классифицируются учеными по различным основаниям. В зависимости от основания классификации принцип диспозитивности арбитражного процессуального права относится к числу межотраслевых и функциональных.

    В диссертации исследуется понятие принципа диспозитивности арбитражного процессуального права. На основе имеющихся исследований выделяются два подхода к определению принципа диспозитивности. Согласно первой точке зрения, принцип диспозитивности означает предоставленную

    12

    лицам, участвующим в деле, свободу в осуществлении принадлежащих им прав. Согласно второй, принцип диспозитивности двигательное начало процесса. Анализ двух подходов к определению принципа диспозитивности арбитражного процессуального права показывает, что они не противоречат друг другу (А.Т. Боннер), характеризуя единый принцип диспозитивности с различных сторон, первый с точки зрения статики (содержания), второй с точки зрения динамики процесса.

    Дискуссионный теоретический вопрос о включении возможности распоряжения в арбитражном процессе субъективным материальным правом в содержание принципа диспозитивности арбитражного процессуального права решается автором отрицательно. Изучение проблемы дает повод утверждать, что распоряжение субъективным материальным правом не охватывается содержанием принципа диспозитивности арбитражного процессуального права, являясь выражением принципа диспозитивности материального, прежде всего гражданского, права. Субъективные материальные и процессуальные права имеют различную правовую природу, что не лишает их общего свойства свободной осуществимости по усмотрению правообладателя (свойства диспозитивности). Осуществление материальных и процессуальных прав не зависит друг от друга. Субъективные материальные права осуществляются, как правило, до и вне процесса. Распоряжение этими правами непосредственно не влияет на процесс, так как для этого необходимы соответствующие процессуальные действия, и наоборот, осуществление субъективных процессуальных прав непосредственно отражается только на процессе, а на материальных правоотношениях - опосредованно (и не всегда). Более того, осуществление процессуальных прав вовсе может не сказаться на материальных правоотношениях лиц, участвующих в деле.

    На этом основании автор определяет принцип диспозитивности арбитражного процессуального права как предоставленную лицам, участвующим в деле, возможность свободно осуществлять процессуальные права, связанные с движением процесса и определением предмета судебной защиты.

    Применительно к теме исследования в диссертации рассматривается характер разрешаемых в порядке арбитражного судопроизводства споров, поскольку, по признанию многих ученых, он влияет на само судопроизводство, в том числе на его принципы.

    Изучение характера подведомственных арбитражным судам споров и законодательного определения подведомственности арбитражных судов показывает, что в литературе нет однозначного понимания главного критерия подведомственности, каковым является экономический характер спора. Диссертант приходит к выводу, что арбитражным судам по общему правилу подведомственны имущественные (экономические) споры, возникающие, как правило, при осуществлении организациями и гражданами, зарегистрированными в качестве предпринимателей, предпринимательской (осуществляемой на свой риск и направленной на систематическое извлечение прибыли) дея-

    13

    тельности. Выявленная особенность объясняет необходимость предоставления организациям и гражданам-предпринимателям в арбитражном процессе большей свободы в осуществлении принадлежащих им процессуальных прав.

    Вторая глава посвящена рассмотрению отдельных элементов содержания принципа диспозитивности арбитражного процессуального права.

    В первом параграфе исследуется право на обращение в арбитражный суд за защитой.

    В работе разделяются нередко смешиваемые в литературе право на судебную защиту и право на обращение в суд за защитой. Право на судебную защиту - право конституционное, принадлежащее всякому лицу (как истцу, так и ответчику), право или охраняемый законом интерес которого в действительности нарушены или оспариваются. В отличие от него, право на обращение в суд за защитой процессуальное право, которым обладают лица, считающие свое право или законный интерес нарушенным или оспариваемым. Арбитражный процессуальный кодекс наделяет таким правом всякое заинтересованное лицо, не раскрывая, однако, этого понятия.

    В целях определения понятия «заинтересованное лицо» в работе проводится анализ категорий «интерес» и «заинтересованность». Автор приходит к выводу, что категория интереса означает объективно существующую потребность правообладателя в устранении действительного нарушения или оспаривания права или охраняемого законом интереса. Этот интерес возникает в момент действительного нарушения или оспаривания этого права или интереса и существует вне зависимости от его осознания правообладателем. В процессуальной литературе такой интерес обычно именуется материально-правовым (личным).

    Заинтересованность, в отличие от интереса, означает субъективное отражение лицом объективной действительности. Именно объективным характером интереса объясняется тот факт, что интерес может быть воспринят как правообладателем, так и другими лицами, как уполномоченными в силу закона обращаться в арбитражный суд в защиту прав и интересов других лиц, так и не уполномоченными на это. Понимание заинтересованности как субъективною отражения объективной действительности (которое может быть адекватным либо неадекватным) позволяет объяснить также факты обращения в арбитражный суд лиц, в действительности не обладающих материально-правовым (личным) интересом. Таким образом, субъективная заинтересованность при обращении в арбитражный суд означает осознание лицом необходимости судебной защиты права или интереса, которое это лицо полагает своим, от нарушения или оспаривания имеющего, по мнению данного лица, место быть и возникает, следовательно, в момент осознания такой необходимости. Следовательно, лиц, не обладающих материально-правовым интересом к процессу, следует все же считать материально заинтересованными, поскольку они обращаются в арбитражный суд в защиту своего предполагаемого права или интереса.

    14

    Арбитражный процессуальный закон связывает право на обращение в арбитражный суд за защитой с наличием заинтересованности, в связи с чем исследуется проблема проверки наличия у лица заинтересованности при обращении в арбитражный суд. Объективный характер материально-правового (личного) интереса в судебной защите предопределяет презумпцию ею существования и невозможность его проверки в момент обращения лица в арбитражный суд. Субъективная же заинтересованность лица может и, по мнению диссертанта, должна проверяться судьей арбитражного суда уже при принятии исковою заявления (заявления). Поскольку субъективная заинтересованность обусловлена отражением объективно существующего интереса, постольку помимо самого факта обращения в арбитражный суд за защитой она должна подтверждаться указанием лица на: а) принадлежность ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса; б) нарушение (оспаривание) этого права или интереса. Указание на эти обстоятельства и является свидетельством субъективной материально-правовой (личной) заинтересованности обращающегося в арбитражный суд за защитой лица.

    Автор считает, что указание на заинтересованность является обязательным требованием к содержанию искового заявления (заявления), поддерживает внесенные в п. 5 ч. 2 ст. 126 Гражданского процессуального кодекса РСФСР Федеральным законом от 7 августа 2000 г. № 120-ФЗ изменения и предлагает закрепить аналогичную норму в ст. 102 АПК РФ. Процессуальным последствием несоблюдения требования указания на заинтересованность должно быть возвращение искового заявления на основании п. 1 ч. 1 ст. 108 АПК.

    Наряду с материально-правовой (личной) заинтересованностью рассматривается характер заинтересованности прокурора, государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов, обращающихся в арбитражный суд. Анализ действующего законодательства показывает, что указанные субъекты вправе обращаться в арбитражный суд в защиту государственных или общественных (публичных) интересов, а также в защиту прав и интересов организаций и граждан-предпринимателей, хотя последняя возможность прямо из АПК не вытекает. Диссертант соглашается с распространенной в литературе точкой зрения, согласно которой при обращении в защиту прав и интересов других лиц прокурор и иные органы обладают лишь процессуальной заинтересованностью. В работе обосновывается, что предоставление прокурору и иным органам права на обращение в арбитражный суд в защиту прав других лиц предопределяется объективным характером интереса в судебной защите, который может быть осознан уполномоченными законом на обращение в арбитражный суд в защиту прав других лиц (организаций и граждан-предпринимателей) субъектами. Иначе обстоит дело при обращении прокурора и иных органов в защиту государственных или общественных интересов. Критикуя мнение об отсутствии в исках, заявляемых ука-

    15

    занными субъектами в защите государственного или общественного интереса, истца в материально-правовом смысле (И. Приходько), автор доказывает, что истцами по таким искам являются соответственно государство или общество. На этом основании формулируется вывод о принципиальной возможности для прокурора и иных органов в ограниченных рамках, обусловленных характером защищаемого интереса, по своему усмотрению осуществлять процессуальные права, составляющие содержание принципа диспозитивности арбитражного процессуального права.

    Отчетливо прослеживающаяся тенденция ограничения права прокурора и иных государственных органов на обращение в арбитражный суд в защиту прав и интересов организаций и граждан-предпринимателей обусловливает установление пределов реализации такого права. Прокурор и иные органы могут обращаться в суд в защиту прав других лиц, только если такое нарушение одновременно затрагивает интересы государства и общества, причем решение вопроса о том, нарушены ли в конкретном случае интересы государства и общества, и о том, необходимо ли обращаться в арбитражный суд, относится к ведению прокурора и иного уполномоченного органа.

    Последовательное закрепление гарантий права на судебную защиту должно коснуться и третьих лиц. В соответствии с действующим АПК третьи лица могут вступить в дело до принятия арбитражным судом решения. В то же время лица, не привлеченные к участию в деле, о правах и обязанностях которых суд принял решение (постановление), вправе в соответствии со ст.ст. 158 и 176 АПК обжаловать состоявшееся решение или постановление в апелляционную или кассационную инстанцию. Проблема заключается в процессуальном положении таких лиц, поскольку по существу являясь третьими лицами, в действительности они лишены возможности использовать все предоставленные им законом средства процессуальной борьбы. Чтобы разрешить указанное противоречие, диссертант предлагает разрешить вступление таких лиц в процесс в апелляционной или кассационной инстанции с последующей отменой состоявшихся по делу судебных актов и направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

    Ранее проведенный анализ характера споров, рассматриваемых в порядке арбитражного судопроизводства, показывает необходимость расширения диспозитивных правомочий истцов на соединение в одном исковом заявлении нескольких требований, не ограничивая эту возможность наличием связи между требованиями по основаниям возникновения или представленным доказательствам.

    Во втором параграфе исследуется право истца отказаться от иска.

    В отечественной процессуальной литературе распространено мнение о том, что отказ истца от иска - отказ от материально-правового требования, отказ от притязания к ответчику и одновременно отказ от защиты требования или, что фактически одно и то же, отказ от субъективного материального права, выраженный в процессуальной форме.

    16

    Не считая возможным согласиться с этой точкой зрения, диссертант подробно анализирует отказ истца от субъективного материального права, от материально-правового требования и отказ истца от требования зашиты права и приходит к выводу, что эти действия являются самостоятельными и осуществление их не зависит одно от другого. На примере действующего материального и процессуального законодательства показывается, что отказ от субъективного материального права, права требования не всегда сопровождается отказом от требования защиты, и наоборот, отказ от требования защиты не всегда сопровождается отказом от материального права из-за чего, как правило, не влечет прекращения субъективного материального права. Отказ от материального права и отказ от требования защиты этого права влекут различные материально-правовые и процессуальные последствия, что предопределяет необходимость различий в правовом регулировании осуществления указанных распорядительных действий.

    Действующее российское законодательство не проводит различий между отказом истца от субъективного материального права, выраженного в процессуальной форме, и отказом истца от требования защиты права. Арбитражным процессуальным законодательством закреплен институт отказа истца от иска, предусматривающий прекращение производства по делу при отказе истца от иска. Таким образом, действующее законодательство предусматривает только процессуальные последствия отказа истца от иска, не регламентируя его материально-правовых последствий, вследствие чего можно в настоящее время утверждать, что отказ истца от иска является больше процессуальным действием, нежели материально-правовым.

    Вместе с тем в рамках института отказа истца от иска в том виде, в каком он закреплен действующим АПК РФ, возможно осуществление как отказа истца только от требования защиты права, то есть отказа истца только от процесса, от дальнейшего производства по делу, так и осуществление отказа истца от субъективного материального права, сопровождающегося отказом от судебной защиты этого права.

    Так как, по мнению диссертанта, необходимо различное правовое регулирование отказа истца от субъективного материального права в арбитражном процессе и отказа истца от процесса, не сопровождающегося отказом от материального права, то предлагается закрепить институт отзыва (снятия) иска. Отзыв (снятие) иска означает распорядительное действие истца, направленное на отказ от дальнейшего производства по делу, при сохранении за истцом как субъективного материального права, так и возможности повторного обращения в арбитражный суд за защитой данного материального права. Отзыв (снятие) иска должен иметь процессуальным последствием оставление иска без рассмотрения.

    Введение в арбитражный процесс института отзыва (снятия) иска позволит четко определить и материально-правовые последствия отказа истца от иска, которыми, в таком случае, могут быть прекращение субъективного ма-

    17

    териального права истца, за защитой которого он обратился в суд, невозможность исполнения материально-правовой обязанности, отнесение исполненною в пользу истца после вступления и законную силу определения арбитражного суда о прекращении производства по делу к неосновательному обогащению и так далее.

    Далее исследуется проблема соответствия отказа истца от иска законам и иным нормативным правовым актам, а также правам и интересам других лиц. Необходимость такого .соответствия проявление в арбитражном процессе принципа законности.

    Встречающиеся противоречия между законами и иными нормативными правовыми актами, пробелы в законодательстве, ситуации, когда общественные отношения регулируются не законом, а подзаконным нормативно-правовым актом, убеждают в необходимости изложить слова «если это противоречит законам и иным нормативным правовым актам» первого предложения части 4 статьи 37 АПК в редакции: «если это противоречит законам и/или иным нормативным правовым актам».

    Отказ истца от иска не должен нарушать прав и интересов других лиц. По мнению диссертанта арбитражный суд прежде принятия отказа истца от иска обязан изучить материалы дела, выяснить мнение лиц, участвующих в деле, по вопросу об отказе истца от иска, и лишь с учетом указанных обстоятельств принимать решение о принятии или непринятии такого отказа.

    В процессуальной литературе встречаются мнения, что несогласие ответчика с отказом истца от иска является препятствием к прекращению производства по делу и вызывает обязанность суда рассмотреть дело по существу. Изучение вопроса показывает, что арбитражный суд состоит в процессуальных отношениях с каждым из лиц, участвующих в деле. Отказ истца от иска, являющийся процессуальным действием и адресованный арбитражному суду, вызывает обязанность суда рассмотреть заявленный отказ и проверить его законность. Арбитражный суд черпает сведения о законности отказа истца от иска и ненарушимости им прав и интересов других лиц, в том числе посредством выяснения мнения лиц, участвующих в деле. Ответчик, руководствуясь принципом состязательности, вправе высказывать свое мнение по всем возникающим при рассмотрении дела вопросам, в том числе и в отношении отказа истца от иска. Но решение о принятии или непринятии отказа истца от иска прерогатива арбитражного суда, поэтому несогласие ответчика с отказом истца от иска не препятствует прекращению производства по делу, хотя в определенных случаях может служить основанием для непринятия арбитражным судом отказа истца от иска.

    При отказе истца от иска арбитражный суд выносит определение. При этом спорность правоотношения, существовавшая при обращении истца в арбитражный суд, остается, так как определением спор не разрешается по существу.

    18

    Арбитражный процессуальный кодекс предусматривает различные процессуальные последствия для отказа истца от иска, предъявленного истцом самостоятельно и отказа иста от иска, предъявленною в его интересах прокурором и иными уполномоченными органами. В первом случае производство по делу прекращается на основании п. 6 ст. 85 АПК. во втором иск ославляется без рассмотрения на основании ч. 5 ст. 41. ч. 4 ст. 42 Кодекса. По мнению диссертанта, такое различие процессуальных последствий отказа истца от иска не имеет под собой ни теоретического, ни практического оснований и поэтому процессуальные последствия нуждаются в унификации. В обоих случаях истец отказывается от иска, то есть выражает арбитражному суду свою волю на прекращение производства по делу. Последствием отказа истца от иска поэтому может быть только прекращение производства по делу.

    В соответствии с ч. 1 ст. 37, ч. 5 ст. 41 АПК РФ истец вправе отказаться от иска, предъявленного в его интересах прокурором. При этом арбитражный суд обязан проверить соответствие отказа истца от иска требованиям ч. 4 ст. 37 АПК. Арбитражной практике известны случаи, когда истцами в материально-правовом смысле по искам, предъявляемым прокурорами, являются государственные органы. Диссертант доказывает, что в таких случаях отказ государственного органа, являющегося истцом в материально-правовом смысле, от иска не должен приниматься арбитражным судом, так как предметом судебной защиты является государственный или общественный интерес. Прокурор, также как и другой государственный орган, является субъектом, уполномоченным законом на защиту этого государственного интереса. Поскольку предметом судебной защиты является государственный или общественный интерес, постольку арбитражный суд не вправе оставлять без рассмотрения предъявленный прокурором иск.

    В третьем параграфе рассматривается признание иска ответчиком.

    Долгое время признание иска ответчиком понималось в процессуальной литературе неоднозначно. Одни ученые рассматривали его как доказательство, другие - как распорядительное действие. Лишь в середине XX века признание в двух значениях начали разграничивать достаточно четко.

    Признание как доказательство означает признание лицом, участвующим в деле, фактов основания иска и является проявлением принципа состязательности. Субъектом признания как распорядительного действия может быть исключительно ответчик по делу. Признание иска ответчиком проявление принципа диспозитивности арбитражного процесса. Таким образом, признание как доказательство и признание как распорядительное действие суть действие различных принципов арбитражного процессуального права.

    В литературе признание иска ответчиком традиционно рассматривается как корреспондирующее праву истца отказаться от иска. Наряду с этим, признание нередко понимается как отказ от материального права, как акт распоряжения ответчиком материальным правом, как юридическая сделка.

    19

    Сущность арбитражных процессуальных правоотношений обусловливает наличие их между арбитражным судом и всеми иными участниками процесса поэтому признание иска ответчиком, также как и отказ истца от иска -процессуальное действие, адресованное арбитражному, суду, а не другой стороне по делу. Из этого следует, что признание иска ответчиком нельзя рассматривать как акт распоряжения материальным правом, как юридическую сделку. Признание иска действие ответчика, направленное на прекращение производства по делу. Ответчик не преследует цель удовлетворить материально-правовое притязание истца (как, например, в случае фактического удовлетворения требований истца в ходе производства по делу). Вместе с тем, признание иска влечет вынесение арбитражным судом решения об удовлетворении иска, обладающего свойством исполнимости. Исключительно последнее обстоятельство и позволяет считать признание иска ответчиком косвенным актом распоряжения материальным правом.

    Рассмотрение признания иска как юридической сделки привело некоторых ученых (А.А. Бугаевский) к мысли о возможности опровержения признания. Такое мнение требует существенного уточнения. Признание как доказательство может быть опровергнуто лицом, допустившим признание, по различным основаниям, в том числе по причине заблуждения и т.п. В отношении признания как распорядительного действия требуется более осторожный подход, ведь признание иска ответчиком сопровождается действием арбитражного суда. Арбитражный суд в соответствии с ч. 4 ст. 37 АПК принимает признание, проверяя его соответствие законам, иным нормативным правовым актам, а также правам и интересам других лиц. Таким образом, признание иска ответчиком всегда требует действий арбитражного суда, который выносит на основании признания акт правосудия решение суда, обладающее свойствами обязательности и неопровержимости. Проблема опровержения признания, следовательно, проблема пересмотра решения суда. Решение арбитражного суда не может быть пересмотрено иначе как в порядке и по основаниям, предусмотренным арбитражным процессуальным законом. Следовательно, об опровержении признания можно говорить лишь в смысле обжалования решения арбитражного суда в предусмотренном порядке.

    В четвертом параграфе исследуется мировое соглашение.

    Мировое соглашение - новелла АПК РФ 1995 года. Как и многие другие институты арбитражного процессуального права, мировое соглашение понимается в процессуальной науке неоднозначно. Мировое соглашение бывает внесудебным и судебным. Предметом внесудебного мирового соглашения, которое по существу есть гражданско-правовая сделка, является урегулирование участниками материального правоотношения на взаимоприемлемых условиях их спора. Судебное мировое соглашение также иногда понимается как обычная гражданско-правовая сделка (В.А. Рязановский), что, по мнению диссертанта, необоснованно. В отличие от внесудебного, судебное мировое соглашение означает урегулирование сторонами переданного на рассмотре-

    20

    ние компетентного государственного органа (арбитражного суда) материально-правовою спора. Спор, прекращение которого фиксируется судебным мировым соглашением. суть судебный спор, не могший быть разрешен обычным (внесудебным) порядком и без участия арбитражного суда.

    Судебное мировое соглашение требует помимо собственно заключения сторонами мирового соглашения, оформляемого согласно ч. 1 ст. 121 АПК письменно, обращения обеих сторон к арбитражному суду с заявлением об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу. Арбитражный суд на основании заявления сторон обязан проверить законность условий мирового соглашения, в том числе соответствие волеизъявления сторон их действительной воле, осознание сторонами процессуальных последствий утверждения судом мирового соглашения и прекращения производства по делу (невозможность повторного обращения в суд с тождественным требованием), соответствие мирового соглашения правам и интересам других лиц. Лишь после этого арбитражный суд утверждает мировое соглашение и прекращает производство по делу, о чем выносит определение. Урегулирование судебного спора происходит, таким образом, посредством определения арбитражного суда, а не фактом заключения сторонами мирового соглашения. Более того, о судебном мировом соглашении можно говорить только как об определении арбитражного суда об утверждении условий мирового соглашения и прекращении производства по делу, так как закон связывает наступление правовых последствий именно с определением арбитражного суда, обладающего всеми свойствами судебного решения. На этом основании формулируется вывод о недопустимости отождествления судебного мирового соглашения с обычным гражданско-правовым договором.

    Спорным является в теории и арбитражной практике вопрос о субъектах права на заключение мирового соглашения. Кодекс закрепляет такое право в отношении сторон - истца и ответчика. Систематическое толкование ч. 3 ст. 37, ст.ст. 38 и 39 АПК позволяет утверждать о наделении правом заключения мирового соглашения также третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования на предмет спора. Автор соглашается с высказанным в литературе мнением о том, что запрет третьим лицам, не заявляющим самостоятельных требований на предмет спора, участвовать в заключении мирового соглашения неоправдан (Р.Е. Гукасян). Данные субъекты арбитражных процессуальных правоотношений материально заинтересованы в исходе дела. Мировое соглашение опосредованно отразится на их правах и обязанностях. Поэтому участие третьих лиц без самостоятельных требований в заключении мирового соглашения послужит более последовательному осуществлению защиты их прав и интересов.

    Требует самостоятельного теоретического осмысления право прокурора, государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов на заключение мирового соглашения. На протяжении долгого времени право указанных субъектов на заключение мирового соглашения отечественной

    21

    процессуальной наукой отрицаюсь. Между тем, прокурор и иные уполномоченные органы, обращающиеся в суд в защиту государственных или общественных интересов, представляю! в процессе государство или общество, являющиеся истцами по таким искам. Истцы имеют право на совершение всех распорядительных действий в арбитражном процессе, поэтому теоретически допустимо, хотя и с большой спецификой, обусловленной характером защищаемого интереса, участие прокурора и иных уполномоченных органов и лиц к заключении мирового соглашения.

    В соответствии с ч. 3 ст. 37 АПК РФ мировое соглашение может быть заключено в любой инстанции. Спорным является, однако, вопрос о возможности заключения мирового соглашения на стадии подготовки дела к судебному разбирательству. Автор полагает, что заключение мирового соглашения на стадии подготовки дела к судебному разбирательству возможно, за исключением, конечно, случаев, когда дело подлежит рассмотрению и разрешению коллегиальным составом судей, и положительно оценивает включение подобной нормы в Проект АПК.

    Действующим законодательством о несостоятельности (банкротстве) закреплен порядок признания мирового соглашения, заключенного по делам о несостоятельности (банкротстве), недействительным, расторжения такого мирового соглашения. Встречаются попытки теоретического обоснования возможности расторжения судебного мирового соглашения, признания его недействительным как оспоримой гражданско-правовой сделки (А. Дубинчин, Н. Г. Лившиц).

    Изучение проблемы показывает, что оснований рассматривать судебное мировое соглашение, в том числе заключаемое по делам о несостоятельности (банкротстве), как оспоримую гражданско-правовую сделку, не имеется. Выше отмечалось, что судебный спор прекращается определением арбитражного суда об утверждении условий мирового соглашения и прекращении производства по делу. Расторжение мирового соглашения, признание его недействительным означают пересмотр состоявшегося определения арбитражным судом первой инстанции, то есть судом, вынесшим определение о прекращении производства по делу. Между тем, Арбитражный процессуальный кодекс РФ устанавливает другой порядок пересмотра судебных актов: обжалование в вышестоящую инстанцию, опротестование в порядке надзора и пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам. Таким образом, определение об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) может быть пересмотрено как по основаниям, предусмотренным АПК, так и по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», что выявляет требующее устранения противоречие между этими нормативными правовыми актами.

    Определение об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу может быть пересмотрено только в порядке и по осно-

    22

    ваниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Расторжение мирового соглашения и признание его недействительным противоречат сущности судебного мирового соглашения и потому не должны применяться.

    23

    По теме диссертации опубликованы следующие работы:

    1 Распорядительные действия в арбитражном суде первой инстанции // Российская юстиция. 1999. № 4. 0.3 п.л.

    2. Мировое соглашение в арбитражном судопроизводстве // Российская юстиция. 1999. № 10. 0.4 п.л.

    3. Отказ истца от иска в арбитражном процессе // Законодательство



    [1] См.: Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации (далее по тексту - Ведомости СНД и ВС РФ). 1992. № 16. Ст. 836; 1993. № 32. Ст. 1236.

    [2] См.: Российская газета (далее по тексту - РГ). 1995. 16 мая.

    [3] Следует согласиться с высказанным в литературе мнением, что предлагаемые к внесению в АПК изменения и дополнения весьма значительны по содержанию и объему, а изложение Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в предложенной новой редакции по существу есть ни что иное, как новый (третий) кодекс. См.: Шерстюк В.М. Новые положения проекта третьего Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (производство в суде первой инстанции) // Законодательство. 2001. №4. С. 73.

    [4] См.: Юков М.К. Совершенствование арбитражно-процессуального законодательства // Государство и право на рубеже веков: (Материалы Всероссийской конференции). Гражданское право. Гражданский процесс. М., 2001. С. 143.

    [5] См.: Абова Т.Е., Тадевосян B.C. Разрешение хозяйственных споров. М.: Юридическая литература, 1968. С. 7-10.

    [6] См.: РГ. 1998. 20 января.

Информация обновлена:20.09.2010


Сопутствующие материалы:
  | Персоны | Защита диссертаций 
 

Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст книги, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Rambler's Top100 Яндекс цитирования

Редакция портала: info@law.edu.ru
Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru