Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все статьи/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ


Аверин, А. В., Батхиев, Р. Х.,засл. юрист России
, канд. юрид. наук,
Байтин М. И. Сущность права (Современное
нормативное правопонимание на грани двух веков).
Монография. 2-е изд., доа.. М.: ООО ИД "Право и
государство", 2005. 544 с. :[Рецензия] /А. В.
Аверин, Р. Х. Батхиев.
//Правоведение. -2006. - № 2. - С. 249 - 255
  • Статья находится в издании «Правоведение :»

  • Материал(ы):
    • Байтин М. И. Сущность права (Современное нормативное правопонимание на грани двух веков). Монография. 2-е изд., доп. М.: ООО ИД "Право и государство", 2005. 544 с. : [Рецензия].
      Аверин, А. В., Батхиев, Р. Х.

      Байтин М. И. Сущность права (Современное нормативное правопонимание на грани двух веков). Монография. 2-е изд., доп. М.: ООО ИД «Право и государство», 2005. 544 с.

      Рецензируемое издание — прямое продолжение и развитие опубли­кованной несколько лет назад и полностью разошедшейся монографии М. И. Байтина «Сущность права (Современное нормативное правопони-мание на грани двух веков)», посвященной фундаментальной проблеме теоретической и практической юриспруденции (Саратов: СГАП, 2001. 416 с). С учетом внесенных дополнений, ранее неиспользованных и нако­пившихся за последние годы новых данных, идей, доводов это новая кни­га, представляющая значительный интерес как для читателей, знакомых с предыдущим изданием, так и для тех, кто откроет ее впервые.

      Актуальность, теоретическая и практическая значимость данной мо­нографии, ее место и роль в отечественной юридической литературе опре­деляются тем, что в ней с позиций современного нормативного правопони-мания наиболее последовательно и четко анализируется обширный комплекс вопросов, важных не только для дальнейшего развития правовой науки, прежде всего общей теории государства и права и ее преподавания в вузах, но и для правотворческой и правоприменительной деятельности.

      Монография состоит из десяти глав, которым предпосланы преди­словия ко второму и первому изданию.

      В первой главе кратко охарактеризована суть исторически сложив­шихся основных направлений учения о праве: от естественно-правового до марксистского.

      Анализируя во второй главе различные подходы к понятию права в отечественной юриспруденции, М. И. Байтин убедительно показывает, что в ней сложились два основных направления правопонимания: норма­тивное и широкое. Четкое уяснение их особенностей имеет принципиаль­ное значение для выяснения сути полемики и дальнейшего развития юри­дической науки и практики.

      Третья глава содержит разносторонний анализ основных признаков понятия права, составляющих сердцевину его нормативного понимания, акцентирует внимание на новых моментах и тонкостях его характеристики. В частности, рассматривая государственно-волевой признак права, М. И. Бай­тин преодолевает односторонность марксистского подхода к праву исклю­чительно с классовых позиций, обосновывает познание сущности права на основе сочетания его как общечеловеческой (общесоциальной), так и классовой природы в качестве государственной воли общества, обуслов­ленной экономическими, духовными и иными условиями жизни.

      Рассматривая нормативный признак права, автор сосредоточивает внимание на раскрытии соотношения содержания права, которое образуют составляющие его нормы, с формой права — его юридическими источни­ками, ведущее место в ряду которых принадлежит закону. В связи с этим значительный интерес представляют положения книги о специфической особенности права, состоящей в возможности использования для его ох­раны от нарушений государственного принуждения (с. 64—65); об уточне­нии понятия закона (с. 67); о выработке на основе Конституции РФ науч­но обоснованных критериев соответствия норм, выраженных в различных

      249

      юридических источниках, праву как государственной воле общества (с. 69-72) и др. Убедительно показано, что нормативный признак права, четко различая содержание и форму российского права, одновременно подчер­кивает их единство и однопорядковость, общую устремленность на право­вое обеспечение задач, стоящих перед обществом и государством.

      Столь же обстоятельно анализируется властно-регулятивный при­знак, раскрывающий социальное назначение права как особого государ­ственного регулятора отношений между людьми, выступающего в качестве единственного официального критерия и определителя правомерного и неправомерного, законного и противозаконного поведения (с. 74 и ел.).

      В результате М. И. Байтину удалось углубить аргументацию предла­гаемого им общего определения, согласно которому «право — это система общеобязательных, формально-определенных норм, которые выражают государственную волю общества, ее общечеловеческий и классовый харак­тер; издаются или санкционируются государством и охраняются от нару­шений возможностью государственного принуждения; являются властно-официальным регулятором общественных отношений» (с. 80).

      Хотя это определение, как известно, получило на данный момент поддержку со стороны многих ученых и юристов-практиков, автор отме­чает, что ни в коей мере не рассматривает его как единственно правильное. По мнению М. И. Байтина, оправдано употребление и других, причем раз­личных, дефиниций, но при непременном условии: все они должны выра­жать единое понятие права, а значит, исходить из того, что право есть офи­циально-властный регулятор поведения людей, представляющий собой систему норм, в демократическом порядке изданных или санкциониро­ванных государством и охраняемых им от нарушений.

      В четвертой главе, отмечая, что нормативное понимание права не яв­ляется единственным подходом к правопониманию, М. И. Байтин крити­чески исследует взгляды ученых, понимающих под правом не только сис­тему правовых норм, но и другие правовые явления. Можно смело сказать, что в современной юридической литературе это наиболее объективное и полное рассмотрение и оценка основных разновидностей широкого пра-вопонимания. Особенно обстоятельно автор рассматривает либертарно-юридическую и коммуникативную теории и показывает, что жесткое раз­личение, а по сути — противопоставление права и закона объективно подпитывает правовой нигилизм, оправдывает противоправное поведение тех или иных лиц, которые, якобы, опираясь на субъективное видение пра­ва, по своему усмотрению решают, что законно, а что нет. Вполне очевид­но, что это прямой путь к анархии.

      Изучая проблему соотношения естественного и позитивного права, М. И. Байтин доказал ошибочность взглядов, согласно которым естест­венное и позитивное право либо противопоставляются друг другу, либо механически (схоластически) объединяются. Устраняя недостатки этих двух крайних точек зрения, автор обосновывает необходимость восприятия естественного права как идейной, духовной, нравственной предпосылки позитивного, которое и есть единственно возможное право в собственно юридическом смысле. В работе показано, что классики естественно-пра­вовой теории никогда не выступали против позитивного права вообще. Их критика была конкретной и направленной на замену действующего

      250

      права другим, но, опять же, позитивным, которое должно соответствовать требованиям естественных законов, основополагающих принципов естест­венного права — право на жизнь, свободу, равенство, достоинство, частную собственность и т. д. Естественное право — не право в юридическом смыс­ле, это морально-психологическая предтеча, ближайшая предпосылка по­зитивного права, и соотносится оно с позитивным правом, как душа и тело.

      М. И. Байтин обращает внимание на стремление ряда ученых создать «привлекательную» теорию права путем использования таких его характе­ристик, как всегда «истинное», «разумное», «естественное», «действитель­ное», «человечное» (с. 96). Он резюмирует, что такой взгляд создает весьма расплывчатое представление о праве, ибо высокие, но абстрактные идеалы при всей их значимости сами по себе не могут заменить властного норма­тивного регулятора отношений между людьми, служить критерием право­мерного и неправомерного поведения. А право не может быть чем-то аморфным, «киселеобразным» (с. 97). Широкое правопонимание не спо­собствует выработке четкого категориального аппарата, лишено точности теоретических конструкций, не может предложить приемлемое «работа­ющее» определение права.

      Вызывает эстетическое удовлетворение полемика автора монографии с создателем коммуникативной концепции права А. В. Поляковым. Наря­ду с конструктивной критикой его взглядов по существу М. И. Байтин по­казывает некорректность высокомерно-пренебрежительного отношения создателя коммуникативной концепции права к научному наследию оте­чественных ученых (именуемых им «товарищами от науки»), на долю ко­торых выпало жить и работать в тяжелые времена культа личности Сталина, равно как и конъюнктурное использование имени А. Я. Вышинского в каче­стве жупела, отпугивающего от нормативного понимания права (с. 120—122).

      По-новому ставится в книге вопрос о совместимости разных подхо­дов к правопониманию и путях поиска общего понятия права. Суть пред­ложения ученого состоит в том, что общее определение права может быть выработано лишь как определение позитивного, положительного, объек­тивного права, права в юридическом смысле. А все остальное, включая различные аспекты и стороны возникновения, проявления и действия права, должно обосновываться и раскрываться с привлечением различных подходов к правопониманию. Это открывает путь к сближению взглядов относительно выработки общего определения и понятия права на соб­ственно юридической основе (с. 139 и др.).

      М. И. Байтин поднимает острую проблему теоретической подготовки студентов и обоснованно утверждает, что при подготовке будущих юрис­тов, многим из которых предстоит работать в государственных структурах, необходимо давать знания о том праве, которое направляет практику и понятие которого апробировано практикой. «Экспериментальные» теории не должны лишать студентов возможности познавать право в общеприня­том и общепризнанном юриспруденцией значении.

      Глава пятая посвящена исследованию принципов и функций права. М. И. Байтин вносит в исследование этого вопроса новый момент, осно­ванный на признании концепции единства и взаимопроникновения естест­венного и позитивного права, и предлагает подразделять общеправовые принципы на морально-этические, или нравственные, и организационные

      251

       (с. 150). Автор раскрывает нравственные принципы современного россий­ского права как неотчуждаемые и прирожденные права и свободы человека и гражданина. Он также анализирует формальное равенство как равенство всех перед законом и судом (с. 151 — 157), что является и основополагающим нравственно-этическим принципом, и одной из сторон принципа закон­ности (организационного принципа).

      При исследовании функций права М. И. Байтин предложил наряду с функциями права и функциями правовых норм рассматривать вопрос и о функциях отдельных отраслей права и правовых институтов. Вместе с тем эта сторона исследования изложена лишь тезисно и здесь имеется боль­шой резерв для дальнейших научных разработок.

      Проблеме соотношения права и правовой системы общества посвя­щена шестая глава. По утверждению ученого, нормы права выступают объединяющим, системообразующим элементом правовой системы, фун­даментальной (исходной) категорией теории государства и права и всей правовой науки. В связи с этим автор предостерегает от ошибки в юрис­пруденции, связанной со смешением и подменой теории права теорией правовой системы, которая является частью теории права.

      Глава седьмая посвящена подробному анализу правовой нормы, и она с полным правом называется «Учение о юридической норме». В ней отме­чается, что в российском правоведении вот уже более четверти века прово­дятся углубленные исследования как традиционных общих проблем юри­дической нормы, так и ее отдельных разновидностей.

      Научное представление о норме права непосредственно зависит от понимания права и наоборот. Под нормой права М. И. Байтин понимает исходящее от государства и им охраняемое общеобязательное, формально-определенное предписание, выраженное в виде правила поведения или отправного установления и являющееся государственным регулятором об­щественных отношений (с. 208).

      Рассматривая научно-правовые проблемы структуры юридической нормы, автор затрагивает и дискуссионные вопросы юридической ответ­ственности, а также трактовки санкции нормы права. М. И. Байтин при­держивается взгляда, согласно которому юридическая ответственность, равно как и санкция правовой нормы, может пониматься не иначе, как рет­роспективная. По утверждению ученого, в концепции деления юридической ответственности на позитивную и ретроспективную явно просматриваются элементы сходства с широким пониманием права, с присущими ему нега­тивными последствиями.

      Нормативное представление о праве органично связано с конструк­тивным исследованием системы права, которой посвящена восьмая глава, написанная ко второму изданию книги. В ней анализируются дискуссии о системе права, понятие, основания и основные элементы системы права, понятие отрасли и института права, предмет и метод правового регулиро­вания, основные отрасли современного российского права, соотношение системы права и системы законодательства.

      Уяснение сути системы правовых норм, составляющих право, пред­ставляется важнейшим моментом в современном нормативном правопонимании, поскольку лишает его оппонентов даже гипотетической возмож­ности делать упрек в адрес представителей современного нормативного правопонимания о смешении (неразличении) ими права и закона.

      252

      К сожалению, важный аспект концепции нормативного правопони-мания не получил в монографии должного освещения: автор сделал упор на исследовании системы права в плоскости структурного анализа, тогда как любая система представляет собою единство ее структурной и функ­циональной составляющих. Поскольку право — это система норм (систем­ная субстанция), то и подход к анализу системы права требует исследова­ния не только ее структурных составляющих (отраслей права, институтов и подотраслей права), предмета и метода правового регулирования, но и тех сил внутренней самоорганизации системы, которые позволяют сово­купности правовых норм стать и быть системой. Лишь через раскрытие функциональной доминанты системы права становится возможным уяс­нение цельности системы правовых норм. Правовые начала, основы, задачи, принципы, дефиниции (относимые М. И. Байтиным, как и рядом других ученых, к нормам права) и общие нормы права — это такие правовые явле­ния, которые связывают и организовывают в систему действующие нормы права (которыми, по нашему убеждению, могут быть лишь нормы — пра­вила поведения).

      В новом издании еще более усилена направленность на тесную связь права с жизнью, что получило выражение в девятой и десятой главах книги.

      Проблемам законности и правопорядка посвящена девятая глава. Впервые после 1960-х годов, когда суть законности сводилась к всеобщности требования блюсти законы, т. е. к обязанностям субъектов права, М. И. Бай-тин предлагает также отразить в определении законности гуманистиче­скую направленность ее содержания и социального назначения в связи с развитием и защитой прав и свобод человека и гражданина. Это необходи­мо сделать посредством указания на другую ее основную сторону, заклю­чающуюся в обеспечении равенства всех перед законом и судом (с. 343— 344). Такая новизна подхода к пониманию законности позволила уточнить ее определение.

      Особый интерес представляет проведенный ученым анализ разносто­ронних гарантий законности. Исследуя одну из основных специально-юридических гарантий законности — ее нормативно-правовую основу, ав­тор касается в том числе и уголовно-процессуального законодательства (с. 365-381). Теоретический и практический интерес представляет соци­ально-философская и собственно правовая оценка серьезных недостатков современного УПК РФ. На основе всестороннего анализа концептуальных положений нового уголовно-процессуального законодательства М. И. Бай-тин делает вывод о несвоевременном исключении законодателем из прак­тики уголовного правоприменения института судебного возвращения дел для производства дополнительного расследования. Интересны и иные конкретные практические рекомендации ученого, например, о необходи­мости вести аудиозапись хода всех уголовных процессов (с. 370-378).

      Затрагивая проблему низкого качества законотворческой деятельности государства, автор предлагает некоторые пути ее решения (с. 381—387).

      В книге дается критический анализ трактовки законности и правопо­рядка, предлагаемой представителями концепции противопоставления права и закона. С позиций нормативного правопонимания определяется законность как необходимая юридическая предпосылка, предтеча право­порядка, а правопорядок — как следствие осуществления законности, ее

      253

      реализации в общественных отношениях, урегулированных правом, ре­зультат претворения законности в жизнь (с. 428).

      Понятия законности и правопорядка неразрывно связаны с демокра­тией. В работе утверждается, что демократия ничего общего не имеет с анархистским своеволием, правовым нигилизмом и беспределом, распу­щенностью, вседозволенностью. Напротив, демократия предполагает не­обходимые для всего общества законность и правопорядок, при которых все равны перед законом и судом, закон обязателен для всех без исключе­ния, и никто из тех, кто нарушит его, не сможет уйти от ответственности. «Вот это — на юридическом языке — и есть демократия», — заключает уче­ный (с. 430).

      Итогом работы является глава десятая, посвященная теории и прак­тике правового государства. М. И. Байтин предостерегает от односторон­него подхода к осмыслению сущности и социального назначения государ­ства, утверждая, что государство — это организация политической власти, необходимая не только для выполнения сугубо классовых задач, но и об­щих дел, вытекающих из природы всякого общества (с. 447), и предлагает определение правового государства как государства: 1) пределы и ветви власти, формирование, полномочия, функционирование органов которо­го регламентированы правом и 2) высшее назначение которого состоит в признании, соблюдении и защите прав и свобод человека и гражданина (с. 462). К основным принципам правового государства автор относит принципы легитимности государственной власти; взаимной ответствен­ности государства и личности с приоритетом прав и свобод человека и гражданина; разделения властей; качественно более высокого уровня законности; сближения правовых и нравственных начал в деятельности государства.

      В аспекте совершенствования принципов разделения властей, повы­шения уровня законности М. И. Байтин, в частности, анализирует вопросы о юридической природе решений Конституционного Суда РФ, о некото­рых коллизиях в правовом поле России и путях их решения.

      Между теоретическими наработками о том, каким должно быть пра­вовое государство, и реалиями жизни образовался существенный разрыв. М. И. Байтин справедливо видит одну из основных причин этого в недо­статочном выполнении, а иногда и прямом нарушении принципов право­вого государства. Не соглашаясь с мнением тех, кто полагает, что сначала надо построить правовое государство, и лишь после этого начать осущест­влять его принципы, ученый обосновывает необходимость, «не откладывая на будущее уже сейчас практически осуществлять и внедрять в повседнев­ную жизнь основные принципы правового государства, тем самым и фор­мируя, создавая его» (с. 519).

      Заслуживает уважения то, как последовательно и честно автор отстаи­вает свои научные позиции, нацеленные на осуществление национальной идеи — создания гражданского общества и построения правового демо­кратического социального государства в России.

      Наиболее значимыми положениями рецензируемой монографии явля­ются: четкое, конкретное и последовательное формирование представления о праве с позиций его современного нормативного понимания; устремлен­ность к тесной связи правовой науки с практикой; выводы о необходимости

      254

      улучшения общетеоретической подготовки профессиональных юристов и связанным с этим различением научных поисков отдельных ученых и учеб­ного процесса; выводы о необходимости использования научно-правового потенциала в законотворческой и правоприменительной деятельности го­сударства.

      Рецензируемая работа представляет собой значительное явление в юридической науке. Глубина проведенного научного исследования, обо­снованность и аргументированность выводов, сочетание этики ведения научной дискуссии с конструктивной критикой являются образцом для подрастающего поколения ученых, а четкая и конкретная научная пози­ция о сущности права исключительно важна для юридической практики.

      Есть все основания полагать, что впредь всякий серьезный исследо­ватель права не сможет пройти мимо этого труда.

      А. В. Аверин, доктор юрид. наук, профессор Владимирского госуд. педагогич. ун-та;

      Р. X. Батхиев, Заслуженный юрист России, кандидат юрид. наук, судья Верховного Суда России.

    Информация обновлена:08.11.2006


    Сопутствующие материалы:
      | Персоны | Комплектование | Книги, статьи, документы 
      

    Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст статьи, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

    Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

    Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
    Rambler's Top100 Яндекс цитирования

    Редакция портала: info@law.edu.ru
    Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
    Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru