Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все статьи/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ


Ливанцев, К. Е.
Политическое учение польских ариан /К. Е.
Ливанцев.
//Правоведение. -1970. - № 5. - С. 75 - 82
  • Статья находится в издании «Правоведение.»

  • Материал(ы):
    • Политическое учение польских ариан.
      Ливанцев, К. Е.

      К. Е. Ливанцев, кандидат юридических наук

      Политическое учение польских ариан [1]

      Выступая 21 июля 1966 г. на торжественном заседании Сейма, посвященном 1000-летию Польского государства, первый секретарь ЦК Польской Объединенной Рабочей Партии В. Гомулка сказал: «...Будучи политическими представителями трудящихся, выразителя­ми их идеалов и стремлений, мы являемся одновременно вместе со всем народом наследниками всего того, что сделали в прошлом для Польши, для ее развития и блага все остальные классы, сословия и общественные группы, люди науки и культуры. Мы не делим нашего национального прошлого на две чужеродные друг другу части — нашу и чужую... Мы чувствуем себя наследниками всего богатого и слож­ного исторического прошлого науки. Мы знаем, что в этом прошлом есть хорошее и плохое. В нем есть прекрасные, наполняющие гордостью страницы истории, которым мы хотим следовать и будем следовать».[2] Одним из таких периодов, одной из таких страниц истории является «знаменитое польское Возрождение, период замечательного расцвета культуры, опиравшейся на невиданный дотоле динамизм экономиче­ского развития Польши».[3]

      Культура польского Ренессанса складывалась в своеобразных эко­номических и социально-политических условиях и наряду с общеевро­пейскими имела и свои национальные черты. Главной особенностью польского Возрождения являлось то, что реформация и гуманизм пере­плетались между собой и развивались одновременно, в связи с чем творчество передовых писателей и публицистов носило боевой, насту­пательный характер и содержало элементы сатиры и пародии в изо­бражении общественно-политических и нравственно-бытовых явлений жизни высших слоев польского общества.

      Объединение польских земель и возможность с 1466 г. пользовать­ся устьем Вислы открыли перед Польшей возможности широкого экспорта товаров, в особенности зерна, содействуя значительному хо-

      76

      зяйственному оживлению страны. В течение XVI в. экспорт польского зерна в Западную Европу возрос в десять раз. Кроме зерна, из Поль­ши экспортировали скот, золу для производства поташа, лес, смолу, шерсть, коноплю, лен, кожи, воск, перо, соль, олово, железо и многие другие товары.

      Оживление экономических отношений создавало благоприятные условия для развития польской культуры. Если в середине XIV в. в Польше было не больше 60 чел. с высшим образованием, то сто лет спустя, прежде всего благодаря деятельности Краковской Академии, стало возможным говорить уже о нескольких тысячах лиц, получивших превосходное образование. Огромной популярностью пользовались у поляков также итальянские университетские города, где обучалось множество польских студентов и где они черпали новые идеи, кото­рыми так славилась тогдашняя Италия. Наиболее часто поляки посе­щали Падую. Лишь в одном XVI столетии в Падуе учились 49 буду­щих польских епископов, 38 воевод и кастелянов.[4] Не случайно знаменитный нидерландский гуманист Эразм из Роттердама мог в 1523 г. писать о Польше следующее: «Приношу свои поздравления народу, ко­торый недавно рассматривался как варварский, а ныне достиг пре­красных успехов в области наук, права, нравственности, религии и во всем, что противостоит незрелости и невежеству и может соревновать­ся с наиболее культурными нациями мира».[5]

      Динамизму общественной жизни и развитию польской политиче­ской мысли соответствовало реформационное движение шляхты и части бюргерства, направленное против господства церкви и самовластия магнатов в стране. Основной силой этого движения была преимущест­венно та часть шляхты, которая, порвав свои связи с римской цер­ковью, примыкала к тому или иному крылу лагеря реформации.

      Реформация разделялась в Польше на ряд различных течений: лютеранство, кальвинизм, вероисповедание чешских братьев (остатки гуситов), антитринитаризм (арианство) и др.

      Сначала, в начале 20-х годов XVI в., появилось лютеранство; оно распространилось в ряде польских городов. Лютеранские идеи при­шли в Польшу с территории так называемой Священной Римской Империи германской нации, охваченной в 1524—1525 гг. Великой кре­стьянской войной. Польское лютеранское движение иногда сопровожда­лось активными выступлениями народных масс. Так, в 1525 г. оно при­вело к восстанию городских низов в Гданьске и к бунту крестьян в княжеской Пруссии. Идея равенства всех людей от рождения обосно­вывала справедливость требований повстанцев, поднявшихся на борь­бу с власть имущими: «Если господь сотворил нас всех равными и во искупление всем нам одно царствие пообещал, то не хотим мы поко­ряться никакой шляхте, поскольку все мы одинаково братьями и се­страми во Христе быть хотим...».[6]

      Следует отметить, что на шляхту лютеранство оказало весьма незначительное влияние. По мере того как распространялись реформационные идеи в Польше, шляхта отказывалась платить духовенству десятину, подчиняться его юрисдикции и выдвигала проекты секуляри­зации церковных имуществ с целью обращения доходов с них на госу-

      77

      дарственные нужды. Особую силу это движение приобрело во времена правления Сигизмунда II Августа, а его главной силой стала средне-состоятельная шляхта.

      В 50-х годах XVI в. в Польше (преимущественно в Малой Польше и Литве) усиливается влияние кальвинизма. Глашатаем кальвинизма был, в частности, известный шляхетский идеолог, поэт и поборник родного польского языка Миколай Рэй. Во второй половине XVI в. кальвинизм стал как бы официальной программой лагеря реформации, боровшегося за так называемое справедливое разделение прав и благ, за создание национальной польской церкви, освобожденной от римского господства.

      Несмотря на серьезные силы лагеря реформации, его ослабляли раздробленность на множество течений, внутренние споры и распри, что значительно облегчало борьбу с ним католической церкви. Однако все же на Сандомирском синоде 1570 г. объединение реформирован­ных церквей в Польше было осуществлено. Оно не было равносильно их полному слиянию, так как каждая церковь сохранила свои обряды. Перед лицом общей опасности со стороны католической церкви пред­ставителям различных верований удалось основать в сейме в январе 1573 г. конфедерацию, объявившую о предоставлении сторонникам кальвинизма, лютеранства, чешских братьев и ариан гарантий свобод­но выражать свои взгляды. «Мы, имеющие разные взгляды на рели­гию,— гласил принятый на заседании документ,— обещаем и обязуем­ся верой, честью и совестью нашей мир меж собой сохранять, а в отношении иноверцев крови не проливать, не грозить им конфискацией имущества, тюрьмой и изгнанием и властям в том не содействовать».[7]

      В период всеобщих религиозных войн в Европе решения конфеде­рации были проявлением определенного уровня политического созна­ния и привязанности к свободе. Конечно, классовые интересы этими решениями ни малейшим образом не ущемлялись. Авторы документа специально оговаривали, что «конфедерация наша никакой власти над подданными, как духовных лиц, так и светских не отменяет и послу­шания подданных в отношении господ их не оспаривает».[8]

      Эта часть документа конфедерации, который в равной степени за­щищал господствующее положение и реформаторской, и католической шляхты, подверглась открытой критике со стороны «польских братьев», прозванных также арианами.

      Данное течение заимствовало свое название от одной из сект ран­него христианства, возглавляемой священником Арием (256—336 гг.) из г. Александрии. Арий и его последователи подвергли сомнению рели­гиозный догмат о святой троице. Арианское движение первоначально развивалось в недрах польскою кальвинизма, на его формирование повлияли также беженцы из Западной Европы, в особенности итальян­цы. В Польше обрели тогда приют и возможность распространения своего учения такие известные деятели реформации, как Лелий и Фауст Соцьши, Станкар, Джентиле, Статориус, Бландрата, Лисмани и др.

      Многочисленные группировки ариан (среди ариан было немало выходцев из ремесленников и крестьян), идеологически и организа­ционно разрозненные, объединял антитринитаризм, т. е. отрицание уче­ния о троичности божества.

      Организационно ариане обособились от кальвинистов на синоде в Кракове в 1562 г., созвав собственный собор, получивший наименова-

      78

      ние «Малого» в отличие от «Большого» собора кальвинистов. В исто­рии польских ариан принято выделять три периода: первый, охваты­вающий 1563—1569 гг., который знаменуется выдвижением радикаль­ной социальной доктрины, второй — до конца XVI в., являющийся этапом некоторого застоя в арианском движении, и третий — до 1658 г., т. е. до изгнания ариан из Польши, называемый Соцынианским по име­ни одного из главных деятелей арианского собора.

      «Польские братья» проповедовали строгое соблюдение принципов христианской морали в повседневной жизни. Они высказывали убежде­ние в том, что существо религии следует искать не в неясных догматах, а в нравственном поведении, считая, что о достоинствах человека нуж­но судить не по слепой вере в догмы, а по его конкретным делам, по­ведению, образу жизни. Ариане выступили с требованием права сво­бодного рационального толкования священных писаний и в основу своего учения положили свободу вероисповедания.

      На фоне схоластических и фанатических религиозных споров и столкновений того времени рационализм «польских братьев», их рели­гиозная терпимость, перенос центра тяжести в вопросах религии с дог­матических позиций в область нравственно-этическую были несомненно прогрессивными. Именно движение народных низов в городах, левое крестьянское течение в арианстве формировали ту социально-политиче­скую обстановку, которая обусловила появление наиболее прогрессив­ных идей в польской политической мысли периода реформации.

      Очень часто «польские братья» обращались к известной Христовой «Проповеди на Горе». Трактуя ее, они думали не о счастливой загроб­ной жизни, а об изменениях реальной действительности. Отсюда одним из основных лозунгов их движения была борьба за социальную спра­ведливость и постоянное, неуклонное самосовершенствование человека.

      Видной фигурой арианского движения на его первом этапе был Петр Гезек из Гонендза. Будучи выходцем из городской среды, он после обучения на родине в течение нескольких лет пополнял свои знания за границей, где, продолжая образование, сблизился с руково­дителями известного движения моравских братьев и воспринял их ра­дикальную общественно-политическую программу. После возвращения на родину в 1555 г. Петр выступил с критикой основ феодального строя, в том числе многих догматов католической церкви. Так, в своих выступлениях и произведениях он говорил, что настоящему христиа­нину не пристало занимать официальные должности, участвовать в войне, иметь собственность, не говоря уже о крепостных и рабах.[9]

      Один из служителей католического клира в Вильно, некий Ротундус, в письме кардиналу Хозиусу писал в 1567 г. в связи с арийским движением следующее: «Я лично видел и читал небольшую книжицу, напечатанную на польском языке в Гродно и содержащую такие ко­щунственные утверждения по поводу Иисуса Христа, которые невозмож­но превзойти ни словом, ни мыслью. В этой брошюре они отказывают во власти какой бы то ни было инстанции, превозносят христиан­скую свободу и устанавливают общую собственность; они также устра­няют все различия между сословиями как в церкви, так и в государ­стве, так что может и не быть различия между королем и народом, между монархом и его подданными, между благородными и пле­беями».[10]

      79

      Взгляды Петра восстановили против него как католическую цер­ковь, так и другие течения реформаторов. Его книги публично сжигали i.a кострах, а сам он был в 1556 г. на синоде в Пинчёве подвергнут проклятию. С деревянным мечом на боку Петр из Гонендза демонстра­тивно протестовал против войн и «власти меча». Следуя его примеру, левое крыло ариан выступило против барщины и других форм угнете­ния крестьянства, призвало собственников к отказу от наследственных богатств и к существованию собственным трудом. На синоде в Иве в J568 г. Якуб из Калиновки, обращаясь к Шимону Будному, противни­ку радикальных реформ, произнес: «Долго ты здесь, брат, говорил, но хоть бы говорил и вдесятеро дольше, не убедишь ты меня, что достой­но христианина иметь подданных и рабов не исключая. Ибо господь наш Иисус Христос не хотел, чтобы ученики его к богатству тянулись, людьми, как скотом, повелевали, а, напротив, призывал готовые состоя­ния продавать, от богатства своего отрекаться, а, взявши святой крест, идти за ним».[11]

      Подобные голоса звучали и на синоде в Пелеснице в 1568 г., где выступавшие требовали, как свидетельствует автор арианской хроники, чтобы «сановники оставили свои посты, где живут чужим трудом, что­бы зарабатывать себе на хлеб собственными руками. Также и шляхти­чам братья говорили, что недостойно есть хлеб, взращенный потом бедных подданных своих, а надлежит растить его самим. Негоже и жить в поместьях, дарованных предком вашим, кровь за отчизну проливав­шим. Продавайте же эти поместья, а деньги раздавайте бедным».[12]

      Под воздействием этих призывов отдельные лица из числа арианской шляхты распродали свои богатства, раздали деньги бедным. Особую известность снискал себе Ян Немоевский, состоятельный куявский шляхтич, который, продав свое состояние и раздав деньги бед­ным, сам, нарядившись в простое убранство и привесив сбоку деревян­ную саблю, содержал себя трудом своих рук, посвятив всю свою энергию распространению арианских идей. Имели место также от­дельные случаи освобождения крестьян от барщины или некоторого облегчения шляхтичами-арианами их тяжелой участи.

      В более широком масштабе ариане попытались воплотить свое учение в жизнь в основанном в 1569 г. Жарновским кастеляном Яном Семеньским в Сандомирском воеводстве над рекой Чарной г. Ракуве, владелец которого отменил все виды податей и предоставил всем жи­телям полную религиозную свободу. В том же городе, в 1572 г., со­брался синод, посвященный проблеме использования оружия и участия в войнах. Вопрос был особенно актуален, в частности, и потому, что после смерти Сигизмунда П -Августа сенат велел шляхте пребывать в состоянии боевой готовности ввиду возможности нападения на страну извне.

      В арианских обществах в этой связи вновь с еще большей силой разгорелась дискуссия по проблемам отношения к войне и замещения государственных должностей Некоторые из ариан пошли на компро­мисс и высказались за возможность участвовать в оборонительной вой­не, а также занимать такие государственные посты, которые не про­тиворечили бы их нравственно-этическим принципам. Однако наиболее радикальная часть ариан по-прежнему стояла на том, что истинный христианин не должен быть участником применения какой бы то ни было силы или насилия. Они заявляли, что жизнь в настоящем хри-

      80

      стианском обществе покоится на  принципах евангелической  морали и поэтому государство следует рассматривать как неизбежное зло.

      По мнению Гжегожа Павла из Боксзина, государство, хотя и яв­ляется созданием бога, но существует лишь ввиду наличия на свете зла и злых людей. Он утверждал, что ариане, будучи подлинными ревнителями христианской веры, не нуждаются в государстве. Правда, они послушны велениям государственной власти, но живут не столько в нем (в государстве), сколько помимо него, всего лишь уплачивая налоги и уважая представителей власти. Ариане не могут занимать официальные должности, поскольку это сопряжено с обязанностью на­казания виновных, т. е. активного противления злу. Они не могут так­же принимать участие в войнах и отвечать злом па зло.

      Гжегож Павел писал: «Христианам говорят, чтобы они подчиня­лись власти и боялись ее, а не сопротивлялись власти или не выпол­няли приказа, когда она посылает кого-нибудь на смерть или иным способом наказывает преступника. Такие деяния не подобают христиа­нину, который должен быть милосердным и прощать семьдесят семь раз, в то время как те, кто стоит у власти, не могут быть милосердны­ми и не могут ни разу простить никого, но, напротив, должны наказы­вать преступления, ибо иначе они совершат несправедливость по отно­шению к другой стороне и не будут исполнять свои обязанности долж­ным образом».[13] И далее: «Христос всегда был тих, терпелив, покорен и именно этому повелел учиться у себя верным слугам своим, а не войнам и распрям, ибо он сам никогда не вел споров. Даже голос его па улицах не был слышен. Тем более Христос был далек от того, чтобы проливать чью-либо кровь …»[14]

      Последующие годы приносят некоторое ослабление социального радикализма ариан, но само движение обретает многих новых сторон­ников и организационно крепнет. Ежегодно созываемый генеральный синод решает все вопросы соборной жизни. Синод назначает старшин отдельных арианских общин, которых в начале XVII в. насчитывалось около 200, осуществляет опеку и контроль над деятельностью некото­рых школ, печатанием книг, направлением наиболее способной моло­дежи на учебу за границу.

      Центром арианского движения окончательно становится Ракув со своей знаменитой Академией «Сарматские Афины», где в 1630 г. обу­чалось свыше 1000 студентов из Польши и соседних стран. Многие из­вестные в Европе ученые преподавали в Ракуве, царившая в Академии атмосфера религиозной терпимости привлекала сюда слушателей как из кругов реформации, так даже и из католических семей. Выпускае­мые ракувской типографией книги расходились не только в Польше, они были известны в Германии, Голландии, Франции, Англии и других европейских странах. Хорошие условия для творчества привлекали в Ракув известных ученых, многочисленных писателей и поэтов — таких, например, как Збигнев Морштын, Ольбрахт Кармановски, Вацлав По-тоцки и Самуэль Отвиновски.

      Труды арианских мыслителей и теологов из Ракува — Херонима Москожовского, Валеиты Шмальца. Яна Крелло, Людвика Вольцогена, Анджея Вишоваты, Самуэля Пшипковского, Януша Шлихтнича и др. — высоко ценились во многих европейских странах. Эти арианские мыслители создали и обосновали концепцию взаимоотношений госу­дарства и церкви на началах свободы вероисповедания и строгого

      81

      разграничения компетенции между ними. «Разные это вещи — церковь и государство,— писал Януш Шлихтнич, — и, связывая их, люди обре­тают великую путаницу. Об этом свидетельствуют многочисленные и ужасные бедствия, войны и печальные факты уничтожения вместе с государством и церкви Церковь принимает в свое лоно лишь тех, кто стремится к образцу набожности и веры, данному Христом. Лишь тех она охраняет и опекой своей окружает, кто от этого образца не отсту­пается. Государство принимает в свое лоно и поддерживает людей раз­ного рода и вероисповедания: и идолопоклонников, и язычников, и ере­тиков, и отступников от дела Христова, лишь бы все они жили спокой­но и сохраняли верность государству, которое, несмотря на все эти различия, всем в равной степени опеку свою уделяет».[15]

      Подобные взгляды будет несколько десятилетий спустя, выражать известный английский философ Д. Локк, которому, впрочем, принципы ариан были далеко не чужды. Сила и новизна этих идей отразилась и на взглядах другого выдающегося философа XVII в. — Б. Спинозы В рационализме просвещения вообще можно найти немало мыслей, созвучных арианам, что не забыл отметить в своих «Английских пись­мах» крупнейший философ эпохи просвещения Вольтер.

      В Западной Европе возникают постоянные центры распростране­ния арианской философии. Одним из них становится университет в Альтдорфе близ Нюрнберга, куда арианская» молодежь обычно ездила, чтобы продолжить свое образование, другим — в первой половине XVII в. Голландия (и прежде всего Амстердам), где переводилось много арианской литературы. В Голландии с 1656 г. начинает изда­ваться монументальная «Bibliotheca Fratrum Polonorum» («Библиоте­ка Польских Братьев»), в которую вошло почти все интеллектуаль­ное наследие польских братьев и с помощью которой их наследие стало достоянием почти всех важнейших научных центров Европы. Оно сни­скало, в частности, особую популярность в Англии. Это вызвало даже беспокойство английского парламента, принявшего ряд актов, осуж­дающих арианское движение, что, конечно, не возымело существенного воздействия на ограничение популярности учения ариан.

      Рост влияния и популярности арианских идей в Европе сопровож­дался нарастанием недоброжелательности и даже открытой враждеб­ности к ним со стороны польских правящих кругов. Прогрессивно на­строенные ариане требовали, чтобы в Польше не было разделения на «князей и подданных», «шляхту и простолюдинов», а был для всех один «равноправный закон». Они выступали против барщины и кре­постного строя, утверждая, что «истинному христианину» «не должно иметь крепостных», ибо «это язычество — господствовать над своим братом», «пользоваться его потом и кровью» Распространение таких идей все более и более тревожило польских феодалов. Поэтому, укре­пив несколько свои экономические и политические позиции за счет духовенства, они стали отходить от реформации и возвращаться в лоно католицизма.

      Магнаты и шляхта, католическая церковь видели в арианах своего главного соперника, способного стать реальной угрозой феодаль­ному строю и католическому клиру. Используя разнообразные приемы, католический лагерь протащил в 1638 г. в вальном сейме указ о за­крытии Ракувской Академии, типографии и арианского собора, что

      82

      было равнозначно ликвидации главного центра арианизма. Не помогло и перенесение арианской Академии в Киселин на Волыни: там она также вскоре была закрыта. А в 1647 г. был принят закон о закрытии всех арианских школ и типографий на территории Речи Посполитой.[16]

      Существованию ариан в Польше был положен конец в 1658 г, когда усилиями католической церкви они были обвинены в совершен­ной якобы измене национальным интересам и в сотрудничестве со шведами, в связи с чем их обрекли на изгнание из страны. Каждый, кто осмелился бы проповедовать или распространять арианство, дол­жен был за это преступление «ответить собственным горлом».[17] Перед лицом насилия часть ариан приняла католицизм, однако же значи­тельное их число покинуло страну, направившись в Восточную Прус­сию, Трансильванию, Силезию, чтобы оттуда переправиться позднее в Голландию, где большинство изгнанников получили приют и возмож­ность продолжать свою деятельность.

      Арианские идеи распространялись во всей Европе, обогащая мыш­ление целого ряда философов и воздействуя на формирование много­численных новых направлений политической мысли. Победившая като­лическая церковь объявляла эти идеи разрушающими установленный порядок и побуждающими к выступлениям против власти. Но в созна­нии народа продолжало жить учение о защите угнетенных.

      Окидывая взором тысячелетнее историческое прошлое Польши, следует помнить и эту немаловажную страницу истории, которая сы­грала значительную роль в развитии как польской, так и мировой политической мысли

      Рекомендована кафедрой теории и истории государства и права Ленинградского университета

      [1] История польской политической мысли, к сожалению, не нашла еще достаточно полного освещения в нашей исторической и юридической литературе. Особенно это от­носится к политической идеологии польских ариан. Даже в таком  капитальном труде, как «История Польши» (т. I. M., Изд. АН СССР, 1956), характеристика поэзии и пуб­лицистики ариан  не заняла и страницы, а в учебнике для юридических вузов «Исто­рия политических учений» об арианах вообще не упоминается. В данной статье автор делает попытку в известной мере восполнить этот пробел

      [2] W. Gomulka. 1000 lat Polski. Przemowienie wygloszone na uroczystej sesji Sejmuw dniu 21 VII 1966 r. Warszawa, 1966, sir. 5—6.

      [3] Tamze, str. 17.

      [4] Следует, конечно, иметь в виду, что образование было доступно лишь представителям привилегированных кругов польского общества. Что же касается основной массы населения страны, то она не только жестоко угнеталась и эксплуатировалась, но, как и ранее, насильственно держалась в невежестве.

      [5] Korespondencja Erazma z Rotterdarrui Polakami. Warszawa, 1965, str. 21.

      [6] См.: J. Тazbir. Swit i zmierzch polskiej reformacji. Warszawa, 1956, str. 66.

      [7] Volumina legum, t. II. Petersburg, 1859, sir. 124.

      [8] Tamze.

      [9] Q. L. Seidler, J. Malarczyk. Mysl polityczna Polski Jagiellonow. «Annales universitatis Mariae—Curie—Sklodowska», vol. VIII. Lublin, 1966, str. 32.

      [10] См.: S. Коt. Ideologia polityczna i spoleczna braci polskich, zwanych arianami. Warszawa, 1932, str. 20.

      [11] См.: Sz. Вudnу. О urzgdzie, miecza uzywajgcym. Warszawa, 1932, str. 196.

      [12] St. Zachorowski. Najstarsze synody arian polskich. «Reformacja w Polsce». Krakow, 1921, roczn. 1, sir. 233.

      [13] См.: S. Кof, op. cit., sir. 40.

      [14] Tamze, str. 34.

      [15] J Szlichtyng Apologia pro veritate accusita ad illustrissimos et potentissi-mos Hollandiae et West Fnsiae Ordines conscnpta ab Eauite Polono 1654 4tr. 115. (cyt. za: Z. Ogonowski Socymanizm polski. Warszawa, I960, str. 189—190).

      [16] См.: J. Tazbir, op. cit., str. 180—181.

      [17] См.: Z. Оgоnоwski, op. cit., str. 44.

    Информация обновлена:21.03.2006


    Сопутствующие материалы:
      | Персоны | Книги, статьи, документы 
      

    Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст статьи, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

    Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

    Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
    Rambler's Top100 Яндекс цитирования

    Редакция портала: info@law.edu.ru
    Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
    Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru